Закладки

Ночь последнего дня читать онлайн

теперь всем своим видом демонстрировали внимание. Разумеется, я тоже.

— Завтра утром отправляем груз, — сказал Ник, прошелся по комнате, достал пиво из холодильника и кивнул мне:

— Ты поедешь.

Вообще-то в круг моих обязанностей это не входило, и я спросила:

— Почему я?

Ник взглянул исподлобья, и вопрос был снят с повестки дня. Но тут подал голос Розга.

— Мы вчетвером поедем? — спросил неуверенно.

— Ты мне здесь нужен, — наливая пиво в стакан, ответил Ник. — Втроем справятся. — Парни переглянулись, но обошлись без комментариев. — Завтра в шесть утра. Все как обычно. А теперь по домам, дети мои. Вас ждут великие свершения.

Парни направились к двери, я тоже поднялась, но Ник меня остановил:

— Сядь.

Я плюхнулась на диван. Розга, глядя на меня, пожал плечами, пользуясь тем, что Ник стоит к нему спиной. Данный жест мог означать примерно следующее: черт знает, что на него нашло. Ясно, что перспектива отправиться завтра с грузом в моей компании нравится парням так же, как и мне, но спорить с Ником себе дороже. Когда они ушли. Ник повернулся ко мне и спросил хмуро:

— Тебя опять вышибли с работы?

Разумеется, я не питала иллюзий, что он о данном факте моей биографии не узнает, но не ожидала, что это произойдет так скоро. Ответить было нечего, и я развела руками. Но так как Ник продолжал смотреть на меня, буркнула:

— Мне она осточертела.

— Скажите, пожалуйста, — ухмыльнулся он. — И что ты теперь намерена делать? Только не надейся, что я тебя опять куда-нибудь пристрою.

Я тяжко вздохнула, демонстрируя тоску и отчаяние. На этой чертовой работе Ник просто помешался. Он считал, что все мы непременно должны где-нибудь работать, платить налоги и прочее, то есть выглядеть добропорядочными гражданами. Сам он числился экспедитором в какой-то фирме. Не знаю, кому он пытался заморочить голову, разве что себе. В определенных кругах Ник был хорошо известен, а в правоохранительных органах тем более, так что оставалось лишь гадать, зачем ему был нужен этот маскарад.

Последний раз он пристроил меня продавщицей в универмаг. Торчать целый день за прилавком, растягивая рот в дурацкой улыбке, в мои планы не входило, и я приложила максимум усилий, чтобы хозяин от меня поспешил избавиться. Я сумела так его допечь, что он выгнал меня, наплевав на возможный гнев Ника.

— По мне хоть с голоду подохни, я палец о палец не ударю, — продолжал ораторствовать Ник.

Всерьез в такую перспективу я не верила, кое-какие деньги у меня были, трачу я очень мало, так что голодная смерть мне не грозит.

— Да ладно, — промямлила я, потому что он ждал ответа, и опять вздохнула.

— Чтобы в понедельник устроилась на работу, — сурово отрезал он. — Не то башку оторву.

Вот в этом я не сомневалась и с готовностью кивнула, кашлянула и поправила робко:

— Во вторник.

— Почему во вторник? — нахмурился он.

— На понедельник у меня есть планы, а во вторник устроюсь. Честно. Я уже кое-что подыскала. — Очень хотелось избежать подробных расспросов, потому что я, разумеется, врала. Спросит — придется что-то сочинять на ходу. Ник это сразу поймет, и хорошей головомойки не избежать. Он посверлил меня взглядом и кивнул соглашаясь, что позволило мне перевести дух. Его настроение сегодня я бы охарактеризовала как стремящееся к хорошему, чем и объяснила необыкновенную покладистость, потому что он вдруг заявил:

— Работа продавщицы тебе так же подходит, как корове седло. Надеюсь, ты найдешь что-нибудь получше. — Он замолчал, а я, выждав немного, спросила:

— Я могу идти?

— Хочешь пива? — задал он вопрос.

— Нет, спасибо.

Ник подошел ко мне сзади, наклонился и поцеловал мое плечо, оттянув вырез футболки. Хотя он, на мой взгляд, слишком часто бывал в моей постели, мне бы в голову не пришло считать его своим любовником. Это и ему вряд ли приходило в голову. К сексу с некоторых пор я относилась как к чему-то малоприятному, но неизбежному. Как правило, идея заняться со мной любовью являлась Нику, когда он был чем-то раздражен, и уж тогда даже чокнутый не стал бы называть сие удовольствием, потому что дурное расположение духа, а также свою злость Ник срывал на мне. По утрам я обычно разглядывала синяки на своем теле, мысленно обзывая его уродом, сукиным сыном и поганцем. Было время, когда я Ника ненавидела так сильно, что однажды поклялась, что когда-нибудь убью его. Случилось это несколько лет назад. Тогда Ник точно задался целью довести меня до состояния, когда человек съезжает с катушек. На издевательства он был мастер, фантазией обладал богатой, особенно в постели. И награждать меня синяками и оплеухами стало для него любимым занятием. Я ненавидела его и боялась до судорог, при одном упоминании его имени меня начинало колотить, точно в ознобе. Но однажды я, к собственному удивлению, вдруг смогла избежать удара, ловко увернувшись. Ника это тоже удивило, причем так сильно, что вторичного тычка я не дождалась. На следующий день все повторилось. Ходить с разбитой рожей мне надоело, и я принялась хитрить и уворачиваться. Сама мысль о том, что я могу это сделать, необыкновенно вдохновила: не так-то уж Ник и ловок.

Вскоре это превратилось в некую игру. Я уворачивалась, он пытался меня поймать. Иногда везло ему, иногда мне. С головой у меня уже тогда наметились проблемы, потому что в какой-то момент я поняла: игра доставляет мне удовольствие, и даже боли от тычков я не чувствовала, уверенная, что в следующий раз смогу взять реванш.

В один прекрасный момент, когда кулак Ника просвистел в сантиметре от моего уха, он повел себя неожиданно. Для начала рассмеялся. До того мгновения я не подозревала, что он способен смеяться не издевательски, а весело и даже заразительно, и слегка прибалдела от такого зрелища…

— А ты молодец, — сказал Ник. — Пойдем, покажу тебе пару приемов. — И повел меня в комнату с матами.

По большому счету, я ничего не выиграла, потому что тренером он был жестоким, и теперь мне доставалось даже больше, но издевки вдруг прекратились. Дружки его тоже присмирели. Особенно после того, как не в меру распоясавшийся Горох схлопотал от меня так, что минут десять скромно лежал в уголке возле кладовки. Разумеется, я об этом факте благоразумно молчала, и он оповещать друзей не стремился, но как-то так вышло, что парни угомонились, рук не тянули и вообще оставили меня в покое. Я прекрасно сознавала, что этим обязана Нику. Так что наши с ним отношения назвать простыми никак нельзя. Я его, конечно, и сейчас терпеть не могла, но совсем не так, как раньше. И даже находила в нем положительные стороны. По-своему он был даже справедлив. Я подозревала, что Никита Полозов далеко не худший представитель человеческого племени, и все реже представляла картину, которая не так давно грела душу: вот он лежит с простреленной башкой у моих ног в луже собственной крови и испускает дух вместе с горестным стоном.

— Что это за тип, с которым ты болталась в «Черном коте»? — спросил он, все еще стоя за моей спиной.

— В субботу? — уточнила я.

— В субботу, в субботу.

— Просто парень, — пожала я плечами. — Зовут Серегой. Познакомились в магазине, он пригласил меня в клуб. А что?

— Ничего, — ответил Ник и, обойдя диван, сел рядом.

— Он тебе чем-то не понравился? — все-таки спросила я.

— Нет, ради бога. Я рад, что ты весело проводишь время. Ну что, рыбка моя, двигай домой. Завтра у тебя тяжелый день.

По неведомой причине Ник терпеть не мог мое имя, хотя оно у меня самое обыкновенное — Юлия, и вечно придумывал мне дурацкие прозвища. «Рыбка моя» он произносил с такой издевкой, что сразу подмывало утопиться. Моя фамилия раздражала его еще больше, она довольно редкая, но тоже ничего особенного. Я предложила Нику называть меня Немо, но идея ему не показалась стоящей, так что я ходила в рыбках, зайках, детках, милашках и лапочках. Но сейчас мне было плевать на все это, меня очень занимало одно обстоятельство. Занимало до такой степени, что я, против обыкновения, решилась спросить:

— Почему все-таки я?

Вопрос сподвиг Ника на раздумья. Он поднялся, прошелся по комнате, прихлебывая пиво, и наконец ответил:

— Мне кое-что не нравится. Я хочу, чтобы ты пригляделась к парням. Груз надо доставить, и я на тебя рассчитываю. Если честно, доверять я могу только тебе.

То, что Ник никому не верит, для меня не новость, а вот то, что он доверяет мне, повергло в столбняк.

— Чего вылупилась? — усмехнулся он. — Думаешь, я не знаю, что ты спишь и видишь мои торжественные проводы с этого света на тот?

— Ну, если ты хочешь моей откровенности…

— Хочу, — вновь усмехнулся он.

— Это выглядит довольно проблематичным, но иногда я думаю: вдруг мне повезет.

Теперь он засмеялся.

— Вот-вот. По крайней мере, мы уважаем друг друга.

— Ты это серьезно? — не удержалась я.

— Вполне. В твоих теплых чувствах я не сомневаюсь, было бы странно, воспылай ты ко мне большой любовью, но я уверен: ты будешь играть по правилам. Ты же знаешь, что я сделаю с твоей Машкой, вздумай ты хоть раз дернуться.

— Знаю, — согласилась я.

— Вот видишь. Она — лучшая гарантия твоей лояльности. А эти крысы насквозь продажны. К тому же все, как один, идиоты. И у меня есть подозрение, что кто-то из них работает на дядю.

— На какого дядю? — буркнула я в замешательстве, получилось довольно глупо.

— А вот это нам и предстоит выяснить. В группе ты за старшего. И за груз отвечаешь головой. Все ясно?

— Не очень. Но суть я уловила, особенно насчет головы.

— Тогда проваливай. — Я поднялась и направилась к двери. — Спокойной ночи, моя красавица, —

Книга Ночь последнего дня: отзывы читателей