Закладки

Багровый берег читать онлайн

каберне франк и мерло. Виноградник располагался на холме близ Фронсака. К несчастью, за этот холм шли беспощадные бои во время Первой мировой, там применялся горчичный газ, и землю отравили навсегда, а шато сровняли с землей. Известно, что осталось всего две дюжины бутылок разных урожаев этого шато. Но ни одной – великого урожая тысяча девятьсот четвертого года. Считалось, что их попросту больше не существует. Поразительно, что у этого человека имеется целый ящик этого вина. Ты видела, как неохотно он согласился расстаться даже с одной бутылкой?

Констанс пожала плечами:

– Надеюсь, тебе понравятся эти каникулы.

– Я не сомневаюсь, что мы оба прекрасно проведем время.

– Мы оба? Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой? – Ее лицо обдало жаром.

– Конечно. Я думаю, ты готова для таких каникул вдали от привычной обстановки. Более того, я настаиваю. Тебе нужно отдохнуть не меньше, чем мне. И, кроме того, я буду рад возможности на какое-то время забыть о письмах от администрации Ботанического сада, а ты разве нет?





2




Констанс Грин ощутила запах морского воздуха, как только Пендергаст за рулем винтажного родстера «порше» свернул на мост Метакомет – разрушающуюся груду ржавых эстакад и опор над широким соляным болотом. Они мчались по мосту под лучами октябрьского солнца, поблескивающего на водной ряби. На другой стороне болота дорога ненадолго ныряла в темень соснового леса, потом снова вырывалась на широкий простор. Там, вдоль кривой, где топь встречалась с океаном, расположился городок Эксмут, штат Массачусетс. Констанс показалось, что городок этот похож на все другие городки Новой Англии: скопление крытых дранкой домов вдоль главной улицы, несколько церковных шпилей, кирпичное здание муниципалитета. Выехав на главную улицу, Пендергаст сбросил скорость, и Констанс с интересом разглядывала окрестности.

Городок выглядел слегка запущенным, что лишь придавало ему очарования. Чайки парили над этим типичным прибрежным поселением с домами, обшитыми вагонкой, с лавчонками, неровными кирпичными тротуарами. Путешественники проехали мимо автозаправки, нескольких старых магазинов с зеркальными стеклами витрин, мимо столовой, похоронной конторы, кинотеатра, превращенного в книжный магазин, мимо капитанского особняка восемнадцатого века, с балкончиком на крыше. Вывеска над входом в особняк гласила: «Эксмутское историческое общество и музей».

Несколько горожан, шедших по тротуару, остановились и уставились на проезжающую мимо машину. Констанс поймала себя на том, что удивляется собственному любопытству. Пусть она и не признавала этого, но прекрасно понимала, что, несмотря на потрясающую начитанность, она видела слишком мало в этом мире, отчего чувствовала себя в своей стране, как Марко Поло.

– Ты не замечаешь здесь кого-нибудь похожего на воришку, специализирующегося по винам?

– Вон тот пожилой джентльмен в полосатом пиджаке и фиолетовом галстуке-бабочке выглядит очень подозрительно.

Пендергаст сбросил скорость и небрежно припарковался у тротуара.

– Мы останавливаемся?

– У нас есть немного времени. Давай попробуем местный деликатес – рулет с омаром.

Когда они выходили из машины, джентльмен в полосатом пиджаке кивнул им и улыбнулся, а затем проследовал дальше по своим делам.

– Определенно подозрительная личность, – сказала Констанс.

– Его следует упрятать за решетку уже за один этот галстук-бабочку.

Они прошли по тротуару и свернули в переулок, ведущий к океану. Несколько рыбацких хижин, несколько магазинов и ресторанов, ряд пристаней, уходящих в залив возле устья приливных болот. Еще дальше, за полосой колеблющихся на поверхности водорослей, Констанс видела широкую линию океана. Смогла бы она жить в таком городке? Категорически нет. Но побывать в подобном местечке занятно.

Рядом с коммерческой пристанью стоял павильон, предлагающий дары моря: нарисованные на вывеске омар и устрица плясали перед рядом мидий, наигрывающих на музыкальных инструментах.

– Два рулета с омаром, будьте добры, – сказал Пендергаст, когда они подошли к павильончику.

Им быстро принесли заказ: на картонных лотках лежали разрезанные пополам и намазанные маслом булочки для хот-догов, только вместо хот-дога – большие куски омара в сливочном соусе.

– Как это есть? – спросила Констанс, разглядывая свой лоток.

– Я в полном недоумении.

Двухцветная полицейская патрульная машина заехала на ближайшую парковку и сделала по ней круг. Водитель – крупный человек с капитанскими нашивками на плече – снизил скорость и несколько секунд разглядывал чужаков, потом понимающе улыбнулся и поехал дальше.

– Сам шеф полиции, – сказал Пендергаст, кинув несъеденный рулет в мусорный бачок.

– Кажется, его что-то позабавило.

– Да, и мы наверняка вскоре узнаем причину.

Они вернулись на главную улицу, и Констанс увидела трепещущую на ветерке штрафную квитанцию, засунутую за дворник «порше». Пендергаст вытащил квитанцию и изучил ее:

– Похоже, я припарковался сразу на двух парковочных местах. Какая невнимательность с моей стороны.

Констанс посмотрела: он и в самом деле поставил машину на стыке разметки.

– Но тут на всей улице практически ни одной машины.

– Закон есть закон.

Пендергаст сунул квитанцию в карман пиджака, и они сели в машину. Он завел двигатель и вырулил на проезжую часть. Вскоре они выехали из центра городка на другую его окраину, здания магазинов уступили место скромным жилым домам, крытым дранкой. Дорога шла вверх через травянистые луга, окруженные мощными дубами, затем выходила на возвышенность, откуда открывался вид на Атлантический океан. Впереди, в направлении обрывистого берега, возвышался Эксмутский маяк – пункт их назначения. Он был белого цвета с черной верхушкой и выделялся на фоне голубого неба. Рядом стоял дом смотрителя, простой, как картины Эндрю Уайета.

Они подъехали поближе, и Констанс увидела разбросанные по траве вдоль края обрыва скульптуры – грубо обтесанные гранитные глыбы, из которых вырастали полированные и несколько зловещие формы: лица, туловища, мифические морские существа. Место, выбранное для сада скульптур, показалось ей поразительным.

Пендергаст остановил родстер на гравийной дорожке, идущей вдоль дома. Когда они вышли из машины, в дверях появился Персиваль Лейк и шагнул на крыльцо.

– Добро пожаловать! Боже милостивый, да вы путешествуете с шиком. Это ведь «Спайдер – пятьсот пятьдесят» пятьдесят пятого года, если не ошибаюсь, – сказал он, спускаясь по ступеням.

– Точнее, пятьдесят четвертого, – ответил Пендергаст. – Машина моей покойной жены. Я предпочитаю что-нибудь более комфортабельное, но моя помощница мисс Грин настояла на родстере.

– Я не настаивала, – вставила она.

– Ваша помощница… – (Констанс не понравилось, как иронически взлетели брови скульптора при взгляде на нее.) – Рад видеть вас снова.

Она довольно холодно пожала его руку.

– Давайте посетим место преступления, – предложил Пендергаст.

– А вы время даром не тратите, ни свое, ни чужое.

– В уголовном расследовании существует обратная зависимость между качеством вещественных доказательств и временем, в течение которого эти доказательства ожидали осмотра.

– Верно.

Лейк провел их в дом. Они прошли по холлу и небольшой гостиной, из окон которой открывался панорамный вид на океан. В старом доме, полном воздуха и свежести, царил идеальный порядок; морской ветерок поигрывал кружевными занавесками. В кухне нарезала морковку привлекательная блондинка лет тридцати пяти, стройная и спортивная.

– А это моя помощница, Кэрол Хинтервассер, – сказал им Лейк. – Пожалуйста, познакомься: агент Пендергаст и Констанс Грин. Они приехали на розыски моей коллекции вин.

Женщина повернулась к ним с улыбкой, открывшей белоснежные зубы, вытерла руки и обменялась с гостями рукопожатием.

– Прошу меня простить, я как раз готовлю мирпуа[2]. Я так рада, что вы смогли приехать! Перс просто в отчаянии. Эти вина так много для него значили – гораздо больше, чем их стоимость.

– Я его понимаю, – откликнулся Пендергаст.

Констанс заметила, что он обшаривает кухню своими серебристыми глазами.

– Сюда, пожалуйста, – сказал Лейк.

В дальнем конце кухни была узкая дверь. Лейк открыл ее, щелкнул выключателем. Вспыхнувшая лампа осветила хлипкую крутую лестничку, уходящую в темноту. Оттуда хлынул густой запах холодной сырой земли и камня.

– Осторожнее, – предупредил Лейк. – Лестница крутая.

Они спустились в похожее на лабиринт помещение с каменными стенами, покрытыми селитрой, и каменным полом. В одной из ниш размещалась печь и водонагреватель, в другой – хранились пневматические инструменты, мешки с песком, защитные костюмы и оборудование для полировки камня.

Они завернули за угол и очутились в самом большом из подвальных помещений. Вдоль одной стены от пола до потолка стояли пустые винные стеллажи из дерева. Желтые бирки с закручивающимися краями были приклеены к дереву или разбросаны по полу вместе с разбитыми бутылками. Здесь стоял тяжелый запах вина.

Пендергаст подобрал осколок бутылки и прочел этикетку:

– «Шато Латур» шестьдесят первого года. Эти грабители были удивительно неаккуратны.

– Превратили хранилище черт знает во что, кретины.

Специальный агент опустился на колени перед ближайшим к нему стеллажом и принялся разглядывать его, освещая лучом светодиода из портативного фонарика в форме авторучки.

– Расскажите мне о том уик-энде, когда случилась кража.

– Мы с Кэрол уехали в Бостон. Мы туда часто ездим пообедать, посетить симфонический концерт, заглянуть в музей – подзарядить наши аккумуляторы, так сказать. Уезжаем в пятницу после полудня и возвращаемся в воскресенье вечером.

Луч света обшаривал стеллаж.

– Кто знал о вашем отъезде?

– Да наверное, почти весь город. Нам приходится проезжать через него по пути в Бостон, а Эксмут, как вы видели, городок небольшой. Все знают, что мы часто ездим в Бостон.

– Вы сказали, было разбито окно. Насколько я понимаю, дом вы запираете?

– Да.

– А тревожная сигнализация у вас есть?

– Нет. Было глупо не поставить сигнализацию, но сожалеть об этом поздно. Правда, преступность здесь почти нулевая. Не помню, когда в Эксмуте в последний раз случалась кража.

Пендергаст откуда-то – очевидно, из потайного кармана – извлек пробирку и пинцет. Пинцетом он снял что-то со стеллажа и положил в пробирку.

– Какова история вашего дома? – спросил он.

– Это один из старейших домов к северу от Салема. Как я уже говорил, это дом смотрителя маяка, построенный в тысяча семьсот четвертом году, пристройки появились позднее. Мы с женой купили его и не спеша ремонтировали. Как скульптор я могу работать где угодно, но нам это место показалось совершенно идиллическим – тихое, вдали от больших дорог, но в то же время недалеко от Бостона. Очаровательное и потаенное. К тому же местный гранит прекрасен. Здесь неподалеку,

Книга Багровый берег: отзывы читателей