Закладки

Тихая сельская жизнь читать онлайн

показалось, он собирается нас пристрелить.

– Ему просто стало любопытно, – сказала леди Хардкасл. – И потом, у него не было оружия. Думаю, у них тут нечасто бывают приезжие, вот и все. Так что мы просто обречены вызывать любопытство местной публики.

– Жаль, мы с вами не встретились, когда я была помоложе. Если бы мои мама с папой знали, какое любопытство вы вызываете у людей, они посадили бы вас в палатку для показа диковинок и брали бы с каждого по шесть пенсов за право поглазеть.

– Глупости, – фыркнула леди Хардкасл. – Никак не меньше пары шиллингов[3]. Шесть пенсов было бы для меня просто унижением! Фи!

Когда мы вошли в лес, я оглянулась и посмотрела на поле, которое мы только что пересекли. На мокрой от росы траве отчетливо виднелись наши следы. Внезапно я ощутила приступ паники от того, что мы оставили такой явный след, но тут же вспомнила, что нам больше не стоит беспокоиться о подобных вещах. Теперь много лет никто не захочет нас убить только за то, что мы англичанки. К счастью, здесь, в Глостершире, «англичанин» – вещь куда более желанная, чем раньше, но все-таки существовали «древние обычаи» и все такое.

Идущая впереди леди Хардкасл ловко избежала попадания в лужу жидкой грязи и обернулась.

– Не отставай, – улыбнулась она, – и смотри под ноги.

– Да, мэм, – постаралась я как можно лучше изобразить местный диалект и перепрыгнула миниатюрную трясину. А потом снова оглянулась перед тем, как мы углубились в сумеречную тень леса.

– Ой, ради всего святого! – воскликнула моя спутница. – Прекрати вести себя так, будто ты чертов телохранитель, – этим ты только расстроишь аборигенов. Едва мы вышли из дома – и ты только и делаешь, что следишь, нет ли за нами хвоста.

– Извините, госпожа. Это просто…

– Знаю, дорогая. – Леди шагнула ко мне и ласково прикоснулась к моей руке.

Солнце изо всех сил старалось пробиться сквозь кроны деревьев и хоть как-то повлиять на мир, который жил своей жизнью под сенью густой зеленой листвы. Однако темная почва у нас под ногами оставалась мягкой и сырой, а воздух был на удивление прохладным. Я начала жалеть, что забыла захватить с собой жакет или хотя бы накинуть шаль.

Леди Хардкасл продолжила восторженное описание местных растений и животного мира. Она испытывала страсть к естественным наукам и никогда не прекращала попыток разделить ее со мной, но, сознаюсь, невзирая на все ее усилия, я по-прежнему не могла отличить бук от нубука. Совершенно очевидно, конечно, что обувь из бука крайне непрактична – да что там, в такой обуви и ногу сломать недолго. Хотя, если хорошенько поразмыслить, с дурной головой конечности можно запросто повредить и в удобнейших кожаных башмаках.

Я рассмеялась своим мыслям, чем вызвала удивленный взгляд леди Хардкасл. Мне захотелось поделиться с нею своими абсурдными рассуждениями, как вдруг мы вышли на залитую солнцем прекрасную поляну.

– А в центре поляны, моя дорогая Флоренс, – начала леди, продолжая идти и, очевидно, не собираясь замолкать, – находится… Надо же!

– Что там, госпожа? Неужели мертвое тело? – спросила я в шутку.

– Вообще-то я собиралась сказать «великолепный английский дуб». – Эти слова моя госпожа произнесла в некотором смятении. – Но тело – ты права – определенно приковывает к себе больше внимания.

У меня внутри похолодело. Мы прошли вперед, чтобы посмотреть поближе. В центре лесной поляны возвышался огромный величественный дуб. Довольно древний, если судить по обхвату. А с одной из нижних ветвей дерева свисало тело человека в петле.

Мы подошли поближе. На вид это был молодой мужчина, возможно, около тридцати лет, в аккуратном темно-синем костюме, который мог бы носить какой-нибудь клерк. И он совершенно точно был мертв. Даже без научного образования леди Хардкасл я отлично понимала, что подвешивание за шею на крепкой веревке не располагает к долгой жизни.

У ног мертвеца лежала длинная деревянная колода. Я немедленно представила, как несчастный раскачивался на ней с веревкой на шее, прежде чем оттолкнуть ее от себя и положить конец своим неизвестным злоключениям, которые довели до принятия столь печального решения.

Леди Хардкасл прервала мои размышления:

– Дорогая, подай-ка мне мою сумку и поспеши в деревню. Разбуди сержанта и скажи ему, что мы нашли в лесу труп.

Она говорила спокойно, но твердо.

– Мы не очень сильно удалились от дороги, – успокоила она меня и указала направление. – Полагаю, тебе туда.

Я скинула с плеча холщовую сумку и передала ей.

– Постараюсь сделать все как можно скорее, госпожа, – сказала я и бросилась в указанном направлении.





* * *


Леди Хардкасл оказалась права: дорога в деревню находилась всего в нескольких сотнях ярдов от опушки леса. Я никогда не отличалась пространственным чутьем, но в этот раз, едва выбравшись на дорогу, сумела выбрать правильное направление. Я повернула направо и бросилась вниз по склону холма.

Я промчалась через всю деревню к булочной – единственной лавке, которая, по моему убеждению, была открыта в этот час. Мистер Холман, пекарь, указал мне на небольшой сельский дом неподалеку и заверил, что там я точно найду сержанта Добсона. Я поспешила обратно на улицу, где вовсю сверкало утреннее солнце.

Несколько мгновений спустя, миновав несколько домов, я очутилась у двух зданий, относящихся к полиции Глостершира. Одно из них являлось одновременно полицейским участком и жилищем сержанта Добсона. Я крепко схватила большой чугунный молоток, висевший на темно-синей двери, тот издал на удивление приятный громкий звук, и вскоре в доме послышались признаки жизни. Дородный сержант признал меня сразу, как только открыл дверь, и суровые слова упрека за то, что я нарушила сон служителя закона, сразу замерли у него на устах, едва он меня увидел.

– Это вы, мисс Армстронг? – вежливо сказал он. – Что случилось? Вы выглядите взволнованной.

Кратко, насколько смогла, я рассказала ему о нашей страшной находке. Не прошло и нескольких мгновений, как он надел свою фуражку, застегнул китель и повел меня к двери маленького домика, примыкавшего к его собственному.

– Молодой Хэнкок будет спать как сурок, так что стучите, пока он не проснется, – посоветовал Добсон. – Расскажите ему то же, что и мне, а потом скажите, что я послал его за доктором Фитцсиммонсом. Пусть едут к старому дубу в Коум-Вудс в коляске доктора, чтобы мы могли привезти в ней тело. Прошу прощения, мисс.

Он слегка покраснел, смущаясь оттого, что приходится говорить с женщиной о таких вещах, а затем поспешно отвернулся и поднял свой черный полицейский велосипед.

После этого сержант еще раз оглянулся, помахал мне и покатил к лесу, а я принялась барабанить в дверь.

Как и предполагал сержант Добсон, задача разбудить спящего констебля оказалась непростой. Прошло почти пять минут, прежде чем дверь открылась и на пороге появился молодой человек в ночной рубахе и с затуманенными глазами.

– Какого чертова хрена тут… – Как и у сержанта, его связная речь тут же оборвалась при виде невесть откуда взявшейся женщины. – Прошу прощения, мисс, я думал, это… неважно… Мисс..?

– Армстронг, – представилась я. – Я служанка леди Хардкасл.

– Так, так, ясно. – Высокий молодой констебль непроизвольно зевнул и поскреб бороду. – Чем могу помочь, мисс?

– Мы с леди Хардкасл гуляли в Коум-Вудс и обнаружили висящего на старом дубе мужчину.

– Мертвого?

«Нет, – подумала я с издевкой, – он находился в добром здравии, несмотря на веревку у него на шее. Лицо у него посинело, а дыхание немножко… отсутствовало, но в целом, учитывая обстоятельства, он выглядел ужасно хорошо». Впрочем, вслух я решила все же этого не говорить. «Фло, будь повежливее», – подумала я.

– Да, констебль, абсолютно мертвого, – произнесла я вслух. – Сержант Добсон просит вас разыскать доктора Фитцсиммонса и на его коляске поскорее прибыть на поляну. Он собирается отвезти на коляске тело, но, думаю, доктор захочет также засвидетельствовать факт смерти.

– Да, пожалуй. – Констебль погрузился в размышления. Некоторое время он постоял в раздумьях, какое принять решение, а затем решительно вышел из дома. Однако когда его босые ноги соприкоснулись с мокрой холодной травой, он внезапно сообразил, в каком виде находится.

– Ох! Дайте мне пару секунд привести себя в порядок, и я выйду к вам.

– Благодарю. А можно вас попросить подбросить меня к лесу? Не хотелось бы снова бежать туда.

– Вы бежали?

– Совершенно верно.

– Но вы же…

– Да уж, что верно, то верно. Мы можем совершать удивительные вещи, когда думаем, что никто нас не видит.

Кажется, перед тем, как броситься назад и захлопнуть дверь, полицейский несколько растерялся. Я услышала, как он торопливо поднимается вверх по лестнице, и стала терпеливо ожидать его возвращения.

Несколько минут спустя, одетый почти по всей форме, без шлема, но готовый исполнить свой долг, констебль Хэнкок появился в дверном проеме. Мы вместе направились к дому доктора Фитцсиммонса.

– Констебль, могу я задать вам вопрос? – спросила я.

– Конечно, мисс.

– Мне эта деревня кажется очень маленькой. Зачем здесь два полисмена? И такое прекрасное жилье для них?

Хэнкок засмеялся.

– Мы отвечаем не только за Литтлтон-Коттерелл, мисс. Здесь у нас штаб-квартира. Мы обслуживаем несколько деревень на много миль вокруг. – Говоря это, он, казалось, раздулся от гордости. – Это серьезная ответственность, такая, которую городские склонны недооценивать.

– Тогда я рада, что сегодня утром мы имеем дело именно с вами. Не представляю, что бы я делала, если бы пришлось бежать за помощью в Чиппинг-Бевингтон.

– Если б вы туда добрались, мисс, то точно бы расстроились, – усмехнулся мой новый знакомый. – Там сидят одни идиоты. Да, кстати, вы могли бы воспользоваться телефоном. У нас есть.

Я, к слову сказать, об этом думала. В Лондоне-то мы воспринимаем наличие телефона как нечто само собой разумеющееся, но я и не представляла, что подобное достижение прогресса добралось и сюда. Выходит, этот аппарат

Книга Тихая сельская жизнь: отзывы читателей