Закладки

П - значит погибель читать онлайн

Стеглер говорит, если «Пасифик Медоуз» лишится государственных субсидий, его закроют. А еще – штрафы, возмещение убытков и все такое. Может и до суда дойти, тут уж вообще стыда не оберешься. И все это вроде как должно свалиться на доктора Перселла. Все шишки на него – это она так сказала.

– А его партнеры?

– Они к здешним делам никакого отношения не имеют. Они по всему штату разъезжают – у них объектов-то много.

– Когда все это началось?

– Кажется, чуть ли не в январе, меня тут тогда не было. В марте без предупреждения заявились двое из «Медикэр», из отдела борьбы со злоупотреблениями. Всех расспрашивали, карты изымали. Ну, доктору Перселлу и предъявили целый список нарушений. По меньшей мере, на полмиллиона долларов, и это только то, что было на поверхности. Короче, выходило так, будто он – мошенник из мошенников.

– Значит, миссис Стеглер считает, он скрылся, чтобы избежать наказания?

– Я бы на его месте так и сделала.

Я обернулась и увидела в дверях медсестру в белом халате. Она пристально смотрела на нас. Я откашлялась и сказала:

– Ну, Мерри, не буду вас больше отвлекать. Я заскочу в понедельник, побеседую с миссис Стеглер.

– Я ей передам, что вы заезжали.

В машине я достала каталожные карточки и записала все, что узнала – каждый факт на отдельную карточку.

Из «Пасифик Медоуз» я отправилась в свой офис. Повесила плащ на вешалку, вытащила свой «смит-корона» и положила его на стол. Усевшись в вертящееся кресло, я достала папку по делу Перселла и принялась перекладывать карточки, добавляя в нужном порядке новые.

При этом у меня из головы не шла Фиона. Я все представляла себе, как она во вторник вернется, вызовет меня и будет сидеть, сложа руки на груди и нетерпеливо постукивая ногой, а я буду перед ней отчитываться. А она будет слушать, явно недоумевая, зачем выкладывать по пятьдесят долларов в час за такую ерунду. Моя задача – ее перехитрить, предоставить безукоризненно составленный и аккуратно напечатанный на машинке отчет, постараться убедить, что я работала в поте лица, а не просто ездила поболтать с народом.

Наконец я привела все в надлежащий вид, после чего взяла калькулятор и подсчитала, сколько часов у меня на это ушло. Пока что из полученных полутора тысяч я отработала только сто семьдесят пять долларов и оставалась должна ей тысячу триста двадцать пять. Напечатав на отдельном листке счет, я присовокупила его к отчету.

Отчет вроде получился вполне пристойный, но надо будет добавить к нему еще несколько интервью. Так, с кем же теперь побеседовать? Первыми в списке стояли партнеры доктора Перселла и его лучший друг. Я проверила, все ли телефоны у меня есть, после чего решила, что на сегодня достаточно и можно идти домой.

Я приготовила себе поесть – томатный супчик и горячие тосты с сыром. Макая золотистые тосты в алую жижу, я вспоминала детство. Впервые тетя Джин накормила меня этим, когда мне было пять лет, оплакивая моих родителей, только что погибших в автомобильной катастрофе. С тех пор вкус расплавленного сыра странным образом ассоциируется у меня с удовольствием, к которому подмешано немного грусти. Должна признаться, что это блюдо – апофеоз моего выходного дня, главная услада одинокой жизни.

Затем я уселась на диван, закуталась в пушистый плед и взяла в руки книжку. Через пять минут я уже погрузилась в пучину сна.

Зазвонил телефон, и его пронзительные переливы вынудили меня вынырнуть на поверхность. Я протянула руку и нащупала трубку: аппарат стоял на столике у меня за спиной.

– Мисс Миллоун? Это Бланш Макки.

Мне это имя ничего не говорило.

– Кто? – сонно переспросила я.

– Дочь Фионы Перселл. Как я поняла, мама вас наняла. Я просто хотела сказать, что мы этому рады. Как только папа исчез, мы сразу начали уговаривать ее обратиться к частному детективу.

– Ой, извините. Я не сразу сообразила, кто вы.

– Не знаю, что вам рассказала мама, но вы, наверное, захотите и меня выслушать. Если у вас найдется время сегодня днем, мы могли бы встретиться.

Я колебалась. Фиона относилась к своей младшей дочери, матери четверых детей, собиравшейся родить пятого, с плохо скрываемым презрением. Впрочем, возможно, Фиона сама рассказала Бланш обо мне – решила проверить, насколько тщательно я работаю.

– Увы, сегодня я занята. Как насчет завтра? Я могу подъехать к вам в десять.

– Нет, завтра не получится. Может, все-таки заскочите? Мне очень надо с вами поговорить.

У меня это ничего, кроме раздражения, не вызвало. Я так и представила себе Фиону, выговаривающую мне за то, что я не удосужилась побеседовать с Бланш.

– Могу приехать в пять тридцать, но только на полчаса.

– Замечательно! Мы живем на Иденсайд-роуд, на углу с Монтерей-террас. Номер тысяча двести тридцать шесть. Двухэтажный дом в испанском стиле.

Дом на углу Иденсайд-роуд и Монтерей-террас действительно оказался двухэтажной испанской гасиендой. Я остановилась на обочине, заперла машину и направилась по вымощенному плиткой дворику к дому.

Едва я позвонила, как послышались крики, собачий лай и топот детских ног. Дверь открылась, девочка лет пяти обернулась и дала тумака мальчику помладше, стоявшему у нее за спиной. Малыш лет двух, ковылявший сзади, шлепнулся, сбитый с ног двумя терьерами, и отчаянно завыл. Другая девчушка направилась вглубь дома, громко крича:

– Ма-ам! Мама! Хедер Джоша бьет!

Появилась и сама Бланш: она шла вразвалку, и ее огромный живот был как полная луна. Она схватила Хедер за руку и оттащила от брата.

– Дети, ступайте во двор!

– Мы хотим мультики смотреть!

– Без разговоров! А ну, марш отсюда! И не носитесь как угорелые, – велела Бланш.

Я взглянула на часы, и она это заметила.

– Я знаю, что вы спешите, поэтому давайте сразу к делу. Мама рассказала вам о прошлом Кристал?

– Я знаю, что она когда-то была стриптизершей.

– Да я не про это. Вам известно, что ее дочь, которой сейчас четырнадцать, внебрачный ребенок? По-моему, сама Кристал не знает, кто отец.

– И вы полагаете, что это как-то связано с исчезновением вашего отца?

Она в изумлении уставилась на меня:

– Нет, конечно. Но я решила, вам лучше знать, с кем вы имеете дело.

– В каком это смысле?

– Вам поведение Кристал странным не показалось? Она словно и не расстроена случившимся. К тому же, – продолжала Бланш, – Кристал не делала никаких публичных заявлений, не предлагала награды тому, кто найдет папу. По-моему, он из клиники поехал в их дом на побережье. И тут произошло что-то страшное. Естественно, Кристал все отрицает. Она утверждает, что дома он так и не появился, но слов ее проверить нельзя.

– Значит, вы думаете, она знает, где он, и скрывает это?

– Ну да, – ответила Бланш таким тоном, словно мой вопрос ее удивил. – Она могла, к примеру, усыпить его и увезти куда-нибудь.

– Тогда куда же она дела машину?

– Их вполне могло быть двое. Она могла нанять себе помощника. Вы понимаете, что ей было на руку от него изба виться?

– Почему?

Бланш наклонилась ко мне:

– Она подписала с папой брачный контракт, по которому, если Кристал разведется с ним раньше чем через пять лет, она не получит ничего.

– Погодите-ка! Вы так и не объяснили, что она могла выиграть, похитив его.

– Я не говорила, что она его похитила. Я сказала только, что она знает, где он.

– А какое это имеет отношение к брачному контракту?

– У нее появился любовник.

– Об этом ваша мать упомянула. Вы имеете в виду Клинта Огастина?

– Разумеется. Теперь Кристал понадобилась свобода, но и от денег отказываться не хочется. Если она с ним разведется, то останется ни с чем. Выиграет она только в случае папиной смерти.

– Как вы об этом узнали?

– Мне рассказала мамина приятельница, Дана Глейзер. У них с мужем дом в Хортон-Рэвин. Их участки рядом, между ними только заборчик. У Глейзеров есть небольшой флигель, и Кристал попросила сдать его какому-то ее знакомому. Это было еще в январе. Глейзеры флигелем не пользуются и согласились. Естественно, Дана, поняв, что происходит, пришла в ужас. Она сочла все это омерзительным. Кстати, поэтому она и не стала ничего рассказывать моей маме – не хотела ее огорчать.

– А вам почему рассказала?

– И мне не рассказывала. Я все узнала от другой приятельницы. Дана все это подтвердила, но только после того, как я к ней пристала с расспросами. Бедная мама по-прежнему надеется, что папа вернется. Мало того, что он оставил ее из-за… шлюхи… Кристал так себя вела, что папа оказался совсем в идиотском положении.

– И к какому же выводу вы пришли?

– Кристал хочет от него избавиться. Если папа умрет, она унаследует почти все. Если разведется – не получит ни гроша.

– Хорошо, посмотрим, что я сумею выяснить. То, что вы рассказали, – всего лишь предположения, но я понимаю ваше беспокойство. Спасибо за помощь.

Оказавшись дома, я тут же записала возможные варианты. Версию похищения я отвергла, хотя, возможно, зря. Он мог уехать добровольно, сбежать или просто спрятаться. Или же, будучи пьян, попал в аварию. И если он лежит сейчас на дне пропасти, то понятно, почему его «мерседес» так и не обнаружили.

Он мог завести тайную жизнь и из одного человека превратился в совершенно другого. Что еще? Мог, чтобы избежать позора, покончить с собой. Или, как предположила Бланш, кто-то его убил – ради выгоды или желая что-то скрыть.

У меня был один выход: методично проверять всех и каждого, друзей, коллег, партнеров, бывшую жену и нынешнюю, дочерей – а вдруг потянется какая-нибудь ниточка. В ткани его жизни должна быть хоть одна зацепка, которая поможет мне распутать клубок и узнать, где он находится.

Следующий день, воскресенье, ничем знаменателен не был. Я устроила себе выходной: никуда не ходила, занималась домашними делами.

Утро понедельника я начала с пятикилометровой пробежки, после чего, прихватив форму, отправилась в спортзал. У администратора Кейта,



Книга П - значит погибель: отзывы читателей