Закладки

Безумный Макс. Ротмистр Империи читать онлайн

разрез практически со всеми российскими военными доктринами и концепциями тех лет. Нет. С этим он мог бы смирится. Все дело было в Максиме, отношение к которому у Великого князя резко переменилось после январского скандала...

Иными словами, Великий князь Николай Николаевич младший кривил морду лица как мог. А вслед за ним, держали свои мысли при себе и остальные генералы. Демонстрация их чрезвычайно впечатлила, но лезть поперек командира они не спешили.

- Пустая трата патронов… - наконец процедил Главнокомандующий, пнув обломок доски, имитировавшей пехотинца в траншее.

И все сразу закивали, повторяя за ним.

А Император повернулся к Максиму и внимательно на него посмотрел. Все также чисто выбрит. Все также непробиваемое выражение лица. На слова Главнокомандующего никак не отреагировал. Николай Николаевич же очевидно затирает его дело и прилюдно унижает. А он даже бровью не повел. Словно и ждал такой оценки. Хотя, наверное, ждал.



- Что скажите, Максим Иванович? – Наконец поинтересовался у него Государь.



- Николай Петрович, - обратился лейб-гвардии ротмистр к начальнику Главного штаба. – Сколько человек из моего эскадрона должны были выбить за время боя по ранению и смерти?



- Около ста человек, - взглянув на часы, ответил тот, ориентируясь на средний расход бойцов за минуту боя по опыту боевых действий.



- Это если бы они действовали в полный рост?



- Совершенно верно.



- А если как сейчас, лежа и пригнувшись, да передвигаясь короткими перебежками? Силуэт же это уменьшает существенно. Ведь так?



- Так, - нехотя кивнул генерал от инфантерии.



- А если добавить к этому огонь на подавление, который не позволял противнику нормально вести огонь?



- Мне сложно сказать, - постарался уйти от ответа он.



- И все же, я хотел бы услышать ответ. Он важен для оценки действий.



- Полагаю, что около тридцати человек.



- Какой процент потерь, был понесен полком ?



- Около шестидесяти-семидесяти процентов, - чуть подумав, ответил генерал, виновато скосившись на Главнокомандующего. Он еще и занизил показатели. Судя по визуальной картине – восемь-девять из десяти мишеней было так или иначе уничтожено или повреждено.



- При таких потерях полк можно считать уничтоженным?



- Смотря при каких обстоятельствах… - уклончиво ответил Михневич.



- Благодарю, - кивнул он и, повернувшись к Императору, продолжил. – Попав в засаду мой усиленный эскадрон с ходу атаковал окопавшийся пехотный полк и уничтожил его. Расход личного состава – тридцать человек.



- И очень много боеприпасов, - с нажимом добавил Николай Николаевич младший.



- Это – слабое место предлагаемой мной тактики, - охотно согласился Меншиков. - Однако опыт тяжелых боев на Юго-Западном фронте показал, что старые методы приводят к слишком большим потерям в личном составе. До четверти, а то и трети личного состава. Возможно я не прав, но на мой дилетантский взгляд, лучше тратить боеприпасы, чем людей. Так легче для казны выходит. Ведь каждый погибший солдат больше не сможет вернутся к труду и не сможет платить подати да налоги. А нового, отрывая от нивы или станков, нужно обучать, снаряжать и как-то вооружать. Что стоит немало. Ну и опять же вырывает из хозяйственной деятельности, снижая поступления в казну. Лишние несколько горстей патронов всяко дешевле обходятся гибели любого, самого бестолкового солдата.

Сказал Максим и замолчал, отметив, что Главнокомандующий перекосился всем лицом, словно от зубной боли. Потому как парень посмел кинуть в его огород не камень, а целую скалу. Не явно и открыто, а намеком, но настолько прозрачным, что генералы, составлявшие делегацию наблюдателей, запыхтели.

- А вы дерзкий, - едва заметно усмехнувшись, отметил Император.



- Виноват! – Гаркнул и вытянулся по стойке смирно Максим.

Его Императорское Величество Николай Александрович задумался, не зная, как лучше поступить в сложившейся ситуации.

С одной стороны, он прекрасно понимал чувства дяди. Этот бастард вел себя слишком самоуверенно и вызывающе. Чего стоит только история с его дочерью. Это ведь надо?! Овладел ей словно какой-то служанкой прямо на тюках с тряпками в госпитальной подсобке. Если бы у него было хотя бы подозрение в насилии, то сгноил бы засранца. А так, Таня влюблена в него по уши. Да он и сам, видимо, тоже к ней питает самые теплые чувства. Но все равно...

С другой стороны, парень опять всех удивил. Полторы сотни верст ночного марш броска. Выход «в квадрат» в точно обозначенное время. И совершенно удивительный бой. Николай Александрович был поражен тому шквалу огня, который обрушился на позиции пехотного полка. Это было настолько же впечатляюще, насколько и ужасно. Успех, несомненный успех. Опять. Не слишком ли их много для бастарда?

Император смотрел на Максима и напряженно пытался придумать, что делать с этим человеком. Вступать в конфликт с дядей отчаянно не хотелось. Но и закрывать глаза на ТАКОЕ тоже было неправильно…

- Ваше Императорское Величество, - произнес Максим, нарушая затянувшуюся паузу. – Если я не оправдал вашего доверия, то я прошу принять мою отставку. По состоянию здоровья. Все потраченные деньги я возмещу из личных средств .



- Хотите отсидеться в тылу? – Не упустив возможности уязвить Максима, поинтересовался Николай Николаевич.



- Никак нет. Хочу последовать совету врачей и покинуть Россию.

- А Таня… - как-то растерянно, почти шепотом произнес Император.



- Она уедет со мной.



- Что?! – Воскликнул Николай Николаевич, пока Государь ловил челюсть от такой наглости.



- Мы все уже обговорили и решили, - продолжил Максим, смотря не Императору, а Главнокомандующему в глаза.

Наступила вязкая тишина. Генералы старались слиться с ландшафтом и не попадаться на глаза ни Императору, ни Главнокомандующему. Ротмистр же, выдержав небольшую паузу, достал из планшетки сложенный вдвое листок. Распрямил его. И протянул Государю.

Это было прошение об отставке по состоянию здоровья, которое Максим действительно мог подать, опираясь на количество ранений. Причем написано оно оказалось почерком Татьяны. От парня там была только подпись.

- Плохо себя чувствовал, попросил супругу написать… - пояснил ротмистр.



- Ваше Императорское Величество, вы позволите? – Спросил Главнокомандующий, протянувшись к прошению. Тот растеряно глянул на дядю и охотно отдал листок.

Николай Николаевич внимательно прочитал прошение, после чего медленно и со вкусом порвал его, с вызовом смотря Максиму прямо в глаза. И не пополам, а добротно – на мелкие клочки.

- Ваше Императорское Высочество, мне нужно, все же, переписать его от своей руки?



- Прекратите паясничать!



- Есть прекратить паясничать! – Бодро гаркнул Максим, продолжая холодно смотря в глаза обидчику. Родственничек чертов. Хотя, чего он хотел? Максим ведь по бумагам бастард, а значит участь его печальна. Ему вечно придется испытывать на себе ненависть и презрения части родственников.



- Подготовьте подробный отчет о вашем усиленном эскадроне. Сроку – неделя. - Произнес Главнокомандующий.



- Есть подготовить подробный отчет! Сдать его лично вам?



- Нет, Николаю Петровичу, - кивнул он на начальника Главного штаба, да так на него глянул, что стало ясно - ничего хорошего тот ему не доложит после изучения отчета. Если вообще доложит.

Максим чуть дал слабину и пренебрежительно хмыкнул. Но Главнокомандующий этого демонстративно не заметил. Он увлек Императора разговором на отвлеченную тему и, развернувшись спиной к лейб-гвардии ротмистру, повел Николая Александровича прочь. Наш герой скосился на Михневича, но тот лишь развел руками и виновато пожал плечами. Генерал от инфантерии был поражен демонстрацией, но пойти против Главнокомандующего не смел.





Часть 1




За последние семь лет я твердо усвоил одну вещь: в любой игре всегда есть соперник и всегда есть жертва. Вся хитрость — вовремя осознать, что ты стал вторым, и сделаться первым.



Художественный кинофильм «Револьвер»





Глава 1




1915 год, 5 мая. Петроград

Николай Александрович сидел за столом и работал с бумагами. Их было много. И чем больше он в них вчитывался, тем сильнее терял концентрацию.

В этот момент где-то в помещениях послышался шум. Даже ругань. Это окончательно отвлекло мужчину от букв. Он устало потер глаза. Хотел было уже встать, чтобы пройтись, как дверь в кабинет открылась, без стука, явив супругу самого разъяренного вида.

Александра Федоровна ничего не сказала. Просто молча вошла и закрыла за собой дверь. Но взгляд у нее был ТАКОЙ, что Николаю Александровичу стало не по себе.

- Что-то случилось? – Осторожно поинтересовался он.



- Случилось? Да! Случилось! Твоя дочь в слезах! Беременная дочь! Ты доволен?



- Аликс… я… - Император растерялся от такого заявления.



- Я была у Михневича. Он просто боится за свою карьеру. И не станет давать доброго рапорта Ник Нику. А ты? Почему ты не принял отставки? Что, тоже боишься дядюшку? Максим нам всем так помог… он дал шанс Лешеньке, а ты… - уничижительно произнесла Императрица, от чего Николай Александрович потупился, чувствуя изрядную неловкость.

Максим Иванович свет Меншиков, в октябре 1914 года, будучи еще безымянным поручиком, смог подсказать Императрице достаточно ценный совет. А именно рассказать про идею заместительной терапии и поведать о группах крови, резус факторе и прочих нюансах. На дилетантском уровне, конечно. Однако Вера Игнатьевна Гедройц – личная подруга Императрицы и один из лучших хирургов тех лет, идею оценила. Развила ее. Провела изыскания. Поставила опыты. И провела опытное переливание крови. Успешное.

Тем более, что все к этим исследованиям было готово. Первая практика переливания крови имела место аж в далеком 1675 году во Франции. В России же с 1832 года такие опыты ставили. А в 1900 году австрийский медик открыл три группы крови. Но не прошло и семи лет, как чешский врач обнаружил четвертую группу. Так что пусть и дилетантские, но передовые сведения Максима легли на очень благодатную почву. Особенно важную роль сыграли сведения парня о резус-факторе и kell-антигене, которые в реальности еще не открыли. Реактивов и методик для их определения за такой короткий срок, конечно, разработать не успели. Но сумели экспериментально отработать методику подбора доноров с учетом этого фактора.

Императрица после успешного переливания крови и серьезного облегчения самочувствия сына неделю светилась словно неоновая лампочка. Да и сам Николай Александрович, тоже искренне радовался. Это ведь получалось, что у их сына был шанс выжить.

Одним из ключевых нюансов в этой ситуации оказалось

Книга Безумный Макс. Ротмистр Империи: отзывы читателей