Закладки

Пощады не будет читать онлайн

Горсть Камней своей осведомленностью, и она изо всех сил пыталась хоть как-то выровнять исходные позиции.

— Итак, господа, — деликатно выждав минут десять, пока гости насыщались, начала Горсть Камней, — чему же обязана визитом столь высокопоставленных гостей?

Грон отложил кость, которую с аппетитом обгладывал, и, сграбастав кружку, сделал добрый глоток пива (они с Шуршаном решили не изменять начальные предпочтения в области напитков), а затем поставил кружку на стол и воткнул в Горсть спокойный и внимательный взгляд.

— Ну если быть откровенным, то я пришел просить о союзе.

— О союзе? — В голосе Горсти прозвучало неподдельное удивление. — С кем же это?

— С тобой.

Горсть Камней мотнула головой:

— Вот уж никогда не поверю, ваша милость. Такие, как вы, даже не с каждым равным вступят в союз. А мы… нас вы готовы видеть только на виселице. Ну в крайнем случае в кандалах на галерах или рудниках. Но союз… Придумайте что-нибудь поправдоподобнее.

— Ну… в чем-то ты права, — задумчиво произнес Грон, — и, будь я обычным дворянином, а главное, будь у меня обычные враги, все было бы так, как ты и говоришь. Но, вишь ты, в чем закавыка-то… и я не являюсь обычным дворянином, и враг у меня такой, которого, как это ни забавно звучит, врагу не пожелаешь.

— И что это у вас за враг такой? — вполне обоснованно поинтересовалась Горсть Камней.

— Твои коллеги в Насии кличут его Соседом…

— Черный барон!.. — ахнула Горсть и тут же откинулась на стуле. Пару мгновений посверлив Грона напряженным взглядом, она решительно мотнула головой. — Ну уж нет, ваша милость. Я в эти ваши разборки встревать не собираюсь. Вы уж там как-нибудь сами по себе давайте. А наше дело — сторона.

— А тебе и не нужно влезать в наши разборки, — усмехнулся Грон. — И ты совершенно не можешь собираться или нет в них влезать. И знаешь почему?

Горсть Камней молча смотрела на него, но Грону и не требовалось ее ответа. Вопрос был риторическим.

— Потому что ты в них уже влезла. Причем по самые уши.

— Как это? — недоверчиво усмехнулась Горсть Камней. — Что-то я такого не припомню.

Грон снова сгреб со стола кружку и, сделав большой глоток, поставил ее обратно.

— Понимаешь, — начал он, — Черный барон тоже не обычный дворянин. Ему не нужна слава, не нужны земли, не нужны деньги. То есть не совсем так. Ему все это, конечно, нужно, но не само по себе. Все это для него лишь инструменты, которые нужны ему для удовлетворения его самой большой потребности. И эта потребность — власть. Он хочет стать хозяином. Хозяином всего, до чего он только сумеет дотянуться. И сейчас вышло так, что он протянул лапы к Агберу. Поэтому все, кто здесь живет, от коро… вернее, того, кто станет королем, до последнего нищего, уже втянуты в это. Хотят они этого или нет.

Горсть Камней некоторое время смотрела на него, то ли обдумывая его слова, то ли просто присматриваясь к нему, а затем этак делано задумчиво спросила:

— А разве вы, ваша милость, не собираетесь стать мне таким же хозяином? Разве не то же самое вы проделали у себя в Загулеме?

Грон мотнул головой:

— Нет. Два раза — нет. Я не собираюсь быть тебе таким же хозяином, и я проделал в Загулеме не то же самое.

Горсть Камней продолжала молча смотреть на него. И Грон пояснил:

— Я просто установил свои правила. Их немного, и они просты. Но они есть. И… кто не захотел им подчиниться, закончил так, как закончил.

— Ну и в чем разница?

— А в том, что я не вмешиваюсь, пока соблюдаются эти правила, — продолжил объяснять Грон. — Среди людей всегда будет некоторое число тех, кто хочет напиться, побуянить, снять податливую девчонку, заплатить деньги, чтобы залезть в самое злачное место и оторваться там по полной. И я совершенно не против того, чтобы им дали эту возможность. Потому что пока еще не найдено способа сделать всех людей святыми, да даже если и найден, я не собираюсь этим заниматься. Более того, я совершенно не против того, чтобы такие люди заплатили за эти свои пристрастия… ну, скажем так, чуть больше того, что они планировали. Но именно чуть. И именно такие. А что касается остальных — это мое стадо. Я — его пастух. И поэтому не надо лезть в мой загон. Иначе будет плохо.

— На городской земле не проведены межи и у людей на ухе не стоит клеймо, — усмехнулась Горсть Камней.

Грон делано удивленно вскинул бровь:

— Ты серьезно хочешь подискутировать со мной по этому поводу?

Горсть Камней рассмеялась:

— Да, пожалуй, нет, ваша милость. Эк вы завернули, мне так нипочем не сказать…

— Пойми, — мягко пояснил Грон, — на земле, на любой земле, в любом городке, провинции, стране может быть только один хозяин. И это правильно, потому что если хозяина нет, а равно как и если хозяев много, ну как бы все, каждый понемножку, то такая земля очень быстро приходит в запустение. Потому что общее — это как бы и ничье вовсе. А ничье — не жалко. И такой хозяин, как я, не твой хозяин, а хозяин земли, это есть хорошо и для тебя тоже. Не так ли?

— А он, значит, другой?

— Да, — твердо кивнул Грон, — другой. Оцени нас по делам нашим. Никто не просит тебя верить мне на слово. Да и даже если бы просил, вряд ли бы ты согласилась на это. Но прежде чем ты начнешь искать подтверждение моим словам, я немного расскажу тебе о том, о ком у нас с тобой уже идет речь. Во-первых, ему мало будет той власти, которой вполне удовольствуюсь я. Он захочет тебя всю. Полностью. И не столько Для того, что это так уж действительно ему нужно, сколько для того, чтобы, захватив тебя в свою полную власть, как следует потешить себя. Причем знаешь чем? — Грон сделал паузу, заглянул Горсти Камней в глаза и продолжил вроде как невпопад: — Люди получают удовольствие от разных вещей. Некоторые от денег. Ты знаешь таких, сталкивалась с ними. Они считают, что нашли самое важное в этой жизни. А все остальное заумь, детство или глупость. Другие от выпивки. Кто-то до седых волос все никак не может обуздать свою похоть. Но он, тот, кого называют Черным бароном, получает особенное удовольствие от того, что ломает людей, заставляет их делать то, от чего этого, конкретно этого человека просто с души воротит. Это для него вожделеннее денег, вкуснее вина, сладострастнее оргазма. Так что когда ты станешь узнавать о его поступках, не подходи к ним с обычными мерками. А меряй этой.

Горсть Камней несколько мгновений молча переваривала его слова, а затем горько усмехнулась:

— На свете уже, наверное, не осталось вещей, от которых меня воротит, ваша милость. С этакой-то жизнью.

Грон глубоко вздохнул и тихо произнес:

— А если он заставит тебя поймать молодую невинную девчонку, пустить ее… по кругу, а затем, окровавленной и изувеченной, забить ей между ног бутылку и разбить ее там?

Горсть Камней вскочила на ноги. Ее ноздри гневно раздувались, грудь вздымалась, а рот раскрылся, готовый разразить сумасшедшей тирадой. Этот… он ударил ее по самому больному месту. По тому, что, как ей казалось, уже давно и хорошо сокрыто в глубинах памяти, по тому, с чего когда-то давно, годы и десятилетия назад, начался путь, сделавший из молоденькой, симпатичной и смешливой девчонки нынешнюю грозу воров Агбер-порта. Он НЕ СМЕЛ напоминать ей об этом! Но Грон не дал ей начать.

— Пойми, — все так же тихо продолжил он, — мне тоже больно говорить тебе это. Я лишь хочу сказать, что каждого из нас есть чем прижечь. И он будет делать это не столько потому, что ему это действительно непременно необходимо. А потому, что он такой… — С этими словами он встал и, коротко поклонившись, вышел из комнаты.

3


— Посматрива-ай!

Грон открыл глаза и замер, прислушиваясь к перекличке часовых. Что-то было не так. Что-то, что он спросонья пока не смог идентифицировать, неуловимо изменилось. И это изменение его проснувшееся подсознание уже идентифицировало как опасное.

Великий Поход по Установлению Надлежащего Порядка в Королевстве (именно так — каждое слово с большой буквы) начался неделю назад. Спешно сформированная армия выступила из столицы на север тремя колоннами. Первую, самую многочисленную и двинувшуюся вдоль побережья, возглавил граф Эгерит. Во главе второй, большую часть которой составляли сводные отряды и полки аристократов, примкнувших к принцессе в надежде поживиться, шел коннетабль. Третью же, основную часть которой составляли коронные полки, официально возглавляла принцесса. Реально же командующим этой колонны являлся исполняющий обязанности командира королевских латников барон Шамсмели. А также Грон. Поскольку, на счастье, барон оказался не только опытным воином, но и достаточно разумным человеком и еще в самом начале похода улучил момент и проинформировал Грона, что был бы совершенно не против, если, конечно, у господина графа возникнет на то желание, выслушивать советы успевшего уже столь прославиться умелым командованием полководца. А возможно, барон преследовал цель установить более тесные личные отношения с будущим принцем-консортом, что, в общем, не вызывало у Грона никакого отторжения. Хотя он в глубине души до конца оставался романтиком, здоровая доля реализма и даже некоторого цинизма у него присутствовала всегда. И к подобным людям он также всегда относился с уважением. Тем более что свою толику романтичного отношения к жизни барон Шамсмели уже показал. В тот момент, когда, явно идя на конфликт с вроде как всевластным на тот момент герцогом Аржени, вывел королевских латников для приветствия въезжавшей в город принцессы.

Первую пару дней войска двигались в полном порядке, по несколько раз в день



Книга Пощады не будет: отзывы читателей