Закладки

Невидимый город читать онлайн

смогу, тебе скажу, – пообещала шеламка.





* * *


Когда дверь склепа захлопнулась за графом и его кормилицей, Десси вновь положила руки на холодный камень изваяния, вновь ощутила исходящий оттуда ток печали и гнева и зашептала:

– Милая Энвер, милая сестра, прости, что тревожу. Я, Дионисия, сестра твоя в естестве, сестра твоя в горе, прошу твоей помощи. Дай мне свое покровительство, а я в благодарность помогу тебе довершить то, что ты не довершила.

Молчание. Потом Десси медленно разогнулась, чувствуя, как входит в нее чужая осанка, чужая манера. Теперь она может грациозно склонить голову, увенчанную диадемой, приподнять тяжелую юбку, переступая порог, вовремя откинуть в танце ногой длинный шлейф.

Кстати, почему бы нет?..

– Спляшем, доменос? – предложила Десси Карстену, выйдя из склепа.

И в ответ на его «Ты чего, ведьма?!» пояснила:

– Мы же должны увериться, что сработает. Проверь меня, доменос!

– Точно, Карс! – Рейнхард тут же оценил идею по достоинству. – Давай, а я подыграю! Покажи ей, братец!

И он, радуясь любой возможности покончить со всеобщим мрачным настроением, принялся отбивать ладонью на колене ритм простенького бранля. Радка тут же к нему присоединилась. Мильда уже ушла на кухню, и Карстен оказался в меньшинстве перед лицом банды юных заговорщиков.

Скептически улыбаясь, он поклонился Десси «малым поклоном» и подал ей руку. К концу бранля скептическая улыбка на лице молодого маркграфа превратилась в глупо-удивленную.





Глава 29




День, когда Сайнем со своим (принесла нелегкая!) войском отправился в свой (принесла нелегкая!) замок, получился каким-то невнятным.

Сквозь побуревшие уже клены, сквозь покрасневшие, звенящие на ветру кроны осин падали солнечные лучи, и парило совсем по-летнему, так, что даже Сайнем, по старой привычке обходившийся без доспехов, немилосердно потел. А уж каково приходилось остальным!

Из-за горизонта то и дело стартовали смутно-серые облака самого осеннего вида, но так и не проливались дождем, уползали стороной, лишь иногда краем задевая зенит и даруя маленькому отряду долгожданную прохладу.

– Душно очень, наверное, попадем-таки под дождь, – посетовал Сайнем.

Скар Бритва, племянник Армеда по матери и вдобавок княжеский виночерпий и брадобрей (большое доверие, если вдуматься), глянул на небо и уверенно ответил:

– Сейчас нет. Вот на обратном пути, может, ливанет. Но мы успеем, так?

Он обернулся за подтверждением к двум своим спутникам – Эргану Со Склона и Бресу, сыну Нора, – молодым воеводам Армеда, которых князь Пришеламья, как и в первый раз, послал вместе с Сайнемом для солидности. И те радостно закивали, предвкушая лихую и бездумную гонку на обратном пути, после того как они избавятся и от отряда, и от волшебника, и от миссии.

Говоря по правде, путешествовать по лесу с полусотней человек за спиной было приятнее, чем с полудюжиной. Никто не приставал, не заваливал дорогу деревьями, не шастал по кустам. Словом, добрались без приключений, если не считать маленького происшествия на мосту.

Отряд уже вдоволь попетлял по лесной дороге, а Сайнем потерял малейшее представление о том, где они находятся, и полагался лишь на саму дорогу: вывела однажды – выведет и на этот раз. И вот, когда волшебник в полной мере ощутил себя одинокой лодкой в безбрежном желто-зеленом море, из-за очередного поворота всплыл деревянный мост через неширокую речку.

«Было! – молча возликовал Сайнем. – Проезжали давеча! Было!»

Темная неглубокая речка выпрыгивала из леса, пробегала под мостом, задерживалась на мгновение на другой стороне в маленькой заводи среди притопленных бурых листьев кувшинок и снова убегала под своды ольхи и ивы.

Сайнем глянул вниз и невольно дернул поводъя.

На песчаном дне заводи спала молодая женщина. «Утопленница?» – подумал Сайнем, но тут она шевельнулась, устраиваясь поудобнее, подтянула белое круглое колено к животу, подложила ладонь под щеку. Женщина была одета в темное, похожее на крестьянское, платье, но украшения на голове и на поясе, вероятно, серебряные. Распущенные темные волосы полоскались в речной струе и не давали увидеть лицо.

В первый момент Сайнем решил, что ему напекло голову, но нет, дивы тоже заметили девушку: загомонили, принялись отпускать соответствующие шуточки, однако лезть в воду за разомлевшей красоткой никто не решился. Десятники без труда восстановили порядок, и маленький караван продолжил свое погружение в лес.

Воеводы не выказали ни малейшего интереса к этому буднично-безумному происшествию. Сайнем давно понял, что дивы предпочитают относиться ко всякой лесной дряни с уважительным безразличием.





* * *


Добрались. Мост замка, как и в прошлый раз, был опущен.

«Забавно, хозяин хоть и смотрит букой, в душе не прочь слегка побравировать», – подумал Сайнем.

Ворота подняли еще при их приближении. Во дворе толпился народ. Не иначе, здешние смерды. Они тут же окружили прибывших. Держались без всякого страха, по-хозяйски, но дружелюбно. Лошадей повели на конюшню, солдат – вниз, в большую трапезную, Сайнема и его знатную свиту – наверх, в господские покои.

В зале Сайнему прежде всего бросилась в глаза фреска на песчаного цвета стене – девушка в чужанском платье, перебирающая струны маленькой старинной арфы. Только эта фреска, маленькие медальоны с танцовщицами на прочих стенах да еще расписной фриз из листьев плюща и цветков мака под потолком и составляли все украшение зала.

Для гостей заранее поставили три высоких резных кресла да столик с вином и кубками. То ли слугам здесь не доверяли, то ли их попросту не хватало.

В глубине на возвышении сидели трое хозяев. Кроме знакомого уже Сайнему мрачного молодого маркграфа здесь были совсем маленький графенок с горящими от любопытства глазами и сухопарая немолодая графинечка с унылым лицом и темно-бурыми, как куриные перья, волосами («Пыталась покрасить в рыжий, но неудачно», – догадался всезнайка Сайнем.) Весь этот прием казался бывшей столичной штучке верхом вульгарности и неуклюжести, но дивы то ли не подавали виду, то ли действительно не замечали дурного воспитания хозяев. Они разом подняли руки в салюте, при ветствуя владетеля здешних земель, и после этого маркграфская семья наконец соизволила встать и поклониться.

Поскольку старший из них не спешил с приветственной речью, заговорил Скар.

– Доменос ди Луна, я должен представить вам могучего щитоносца Халдона, доверенного человека моего князя… – Никакого щита Сайнем, разумеется, не носил и носить не собирался. Это просто ритуальная формула. – Могучий Халдон, перед вами доменос Карстен, маркграф ди Луна.

Только теперь маркграф ди Луна соизволил наконец подать голос, однако его ответ также трудно было назвать верхом куртуазности.

– Прекрасные господа, – сказал он все с тем же мрачно-отчужденным выражением лица, – прежде всего мы должны договориться о неких основополагающих вещах. Я давал клятву верности королю Кельдингу еще прошлой осенью в столице. Полагаю, что этого достаточно и мне нет нужды клясться еще и перед князем Армедом. Мои предки всегда были связаны клятвой только с королем и никогда с комтурами провинций. Так будет и на этот раз?

Сайнем посмотрел на Скара. Тот кивнул. Так же молча кивнули Эрган и Брес.

– Да, – сказал Сайнем.

– Теперь второе, – изрек доменос Карстен. – Мои люди присягали мне и не будут присягать вам. Однако при необходимости они будут подчиняться нам обоим. Ваши люди не будут присягать мне и также будут подчиняться нам обоим. Это вас устроит?

Последовал тот же обмен взглядами и кивками.

– Да, – сказал Сайнем.

– Третье и последнее. Сегодня ваши люди переночуют в замке. Я распорядился зарезать двух быков и выкатить бочку вина, чтобы отпраздновать ваш приезд. Но с завтрашнего дня я попросил бы вас оставить в замке только малую часть, остальных же расселить на постой по нашим деревням. Мы всегда обороняли не только каменные стены, но и селения. Иначе зимой мы с вами умрем с голоду.

На этот раз Сайнем не стал играть в гляделки.

– Это я решу завтра, – сказал он, – после того как взгляну на замок и на ваших солдат.

Карстен поднял брови, но кивнул:

– Хорошо. Теперь, господа, когда мы все обсудили, предлагаю вам умыться с дороги. После чего, я полагаю, мы вместе спустимся к нашим людям и разделим их трапезу.





* * *


В бане им по старинному обычаю прислуживала сама марк графиня со своей девушкой. Девчонка краснела и конфузилась, но ее сухопарая госпожа невозмутимо скользила со стопкой полотенец в руках между медными ваннами в клубах пара. На лице ее, казалось, написано: «Жалкое и прискорбное зрелище!» Чужане в своих ваннах булькали от смеха.

Она же после бани вручила гостям подарки. (Сайнем начал уже подозревать, что здешние невежи и об этом забыли!)

Дары были скромными: всего лишь по паре рукавиц и по плащу. Для Сайнема и Скара – на кунице, для прочих – на белке.

Скар в свою очередь подарил хозяйке чужанские платья с пуговицами из драгоценных камней, серебряную диадему и запястье, а немного позже передал Карстену и его младшему брату с полдюжины камзолов с теми же драгоценными пуговицами и около дюжины мечей секир и кинжалов с клеймами горных мастеров.

Еще один подарок для всего замка они привезли с собой на подводе – полный сундук чистейшей соли. В Королевстве соль выпаривали из морской воды, а потому ценили ее очень дорого.





* * *


Зато в трапезной маркграфиня не появилась, а потому пирушка удалась. Доменос Карстен не жалел вина, и холодок недоверия между местными и чужанами начал понемногу таять. Скар, Брес и Эрган отбыли уже на закате, донельзя довольные. Брес напоследок сказал Сайнему на ухо:

– Мой тебе совет: при случае завали девку. Как сыр в масле кататься будешь. Она же с мужиком прежде не лежала, сразу видно. Ноги тебе мыть будет и воду пить. Сыновья твои графами будут.

– Не пристало нам мешать свою кровь с кровью таори, – сурово ответствовал Сайнем.

Брес фыркнул:

– Ты что, очумел? Тут же столько земли!





Глава 30




Утро следующего дня также начиналось ничего себе. За завтраком старший графенок изображал из себя важную птицу, младший расспрашивал Сайнема о чужанских обычаях. Графинечка появилась в самом конце – поднесла гостю чашу с пахучей водой для мытья рук. Сайнем попытался даже измыслить

Книга Невидимый город: отзывы читателей