Закладки

Лоханка читать онлайн

магазины, что возле пристани – купить зубную щётку. А они тут деревянные из настоящей свиной щетины. И зубной пасты нет – только порошок. Мыла два сорта – хозяйственное и банное. И совсем не продают мочалок. Бритвы исключительно опасные, те самые, вроде складного ножика. Поглядел я на них и решил, что борода мне к лицу. Буду дальше отпускать. Чайник купил, заварки, пару кружек, а потом притормозил – не такие уж большие деньги мне выдали в качестве подъёмных. В общем – двинулся домой, с хозяйством знакомиться и осваиваться, да и с соседями пообщаться нужно.

Тут ведь не город, где соседа по лестничной клетке можно не встречать годами – всё иначе. Заодно выяснить, когда копать картошку и как её хранить, потому что подвала у меня нет. Где брать дрова, как приобрести кровельный материал – а то крыша не внушает доверия. В общем – забот у меня теперь много. Пусть и без скотины, но целое хозяйство.





* * *


В мастерских я потихоньку освоился. Тут основных специальностей три. Плотники – это если деревянное судно в ремонт приходит – тут уж им куча работы. Клепальщики – по железным корпусам трудятся. Ну а мы, механики, чиним всё остальное. Тут тебе и рулевое управление, и машинный телеграф, и переговорные трубы. Случается придёт баркас с дизелем, а бывает и с паровиком – я тут, считай, в живом музее техники тружусь. Интересно на работе. Для меня это важно, чтобы не от звонка до звонка, а с желанием и удовольствием. Потихоньку обзавёлся своим инструментом – его неохотно дают в чужие руки. Так что: одно сделал, другое купил, что-то в кузнице по моей просьбе отковали. Зарплата оказалась не слишком маленькой, особенно с учётом огорода и по выходным я рыбку ловлю понемногу.

В обед тут в мастерских обычно или своё едят, из дома прихваченное, или жены приносят мужьям. Да несколько тёток пирожки притаскивают в корзинах на продажу – так я покупаю у одной тощенькой. Насколько эта краля пригожа – сказать не могу. Женщины так обматываются платками, что кроме глаз ничего не видать – солнышко-то тут палит немилосердно, а девки и бабы берегут лица от загара.

А лодку свою, снасти и туристическое снаряжение я домой приволок, как только всё устаканилось. Как раз сарай с навесом подновил, комнату отремонтировал, ну и спрятал всё как следует – нечего мне тут людей смущать камуфляжной одеждой, мобильным телефоном или планшетником, не говоря о разборных вёслах из алюминиевого сплава, да ещё с пластиковыми лопастями. Спокойно тут живётся, неторопливо. Пастилы насушил из яблок со своих деревьев, чернослива, кураги. Балычков навялил. Погреб вырыл, да картошечки туда заложил килограммов полтораста – я ведь один живу, мне хватит. Тем более, что и муки и круп тоже сделал небольшой запасец. Я бы и макаронами не побрезговал, но на прилавках их не увидел, а спрашивать побоялся – вдруг их ещё не изобрели? А я тут вылезу с непонятными словами.

Могу и мяса себе позволить, хотя оно дороговато. Подумываю ружьишко купить, чтобы осенью настрелять уток. С соседями лажу – я в сарае своём мастерскую потихоньку оборудовал. А людям то поточить что-то нужно, то запаять, то ещё чего. Нет, денег не беру – зачем они мне, когда то одна соседка яичек подбросит, то другая творожка принесёт. Мужики, если с крупным чем работают, меня на подмогу зовут. А когда мне помощь требуется – так завсегда пожалуйста. Только про обходительность забывать не надо и разговор так строить, чтобы человека к себе расположить.

Это, конечно, и нашем веке не лишнее, но в том темпе, к которому я привык, здесь ничего не выходит. А ведь, если надо чего привезти, необходимо договориться с владельцем лошади и телеги, чтобы он выбрал удобное для себя время – никто тут по первому зову зарабатывать малую денежку не бросается – всяк к себе уважения требует, а пока идет обмен реверансами, прощупывает – чего для себя полезного можно от тебя поиметь. В смысле услуги, конечно.

Вот я и налаживаю людям электропроводку – тут в этом мало кто понимает. А для меня всё привычное – розетку поставить, выключатель перенести или патрон с лампочкой пробросить в нужное место. Правда, провода приходится крепить иначе, да и сами они другие – с тканевой изоляцией.

Тихо тут в двадцать девятом году, спокойно и благостно.





* * *


– А что это ты, Иван, деревья не окопал? – молодуха, чей участок с задней стороны от моего, стоя по другую сторону плетня оперлась руками на его верхнюю кромку и глядит тревожным взглядом, словно чем-то испугана.

Я отложил в сторону отвёртку из походного набора инструментов, что у меня ещё из той, прошлой жизни – со сменными битами – и ненароком надвинул поверх неё лист фибры, с которым работал:

– Так не научил никто, – ответил. – Не знаю, как это полагается делать и когда.

– А чего тут знать? – соседка, а зовут её Анной, даже назад подалась от удивления. – Упавшие плоды собрать, а потом взять лопату и вперёд, чтобы корням дышалось и сорная трава соки из земли не пила в приствольном круге. Чай, есть у тебя лопата? – и слышу, будто намёк какой-то в её голосе.

– Должна быть, – отвечаю. – А не взглянешь ли ты на неё опытным взглядом, не подскажешь ли, с какого конца браться, да как обращаться с ней?

Теперь гляжу, призадумалась уже женщина. Зыркнула опасливо по сторонам и замерла в нерешительности. Дело в том, что все участки неплохо просматриваются через изгороди и, хотя других соседей в ближней округе не видать, но деревья и кусты могут скрыть обладателя пары любопытных глаз… а ей этого не надо.

– Ты, Ваня, ступай в свой сарай, а я, так и быль, взгляну на твою лопату, – а сама в дровяник свой подалась, что как раз задней стенкой к моему сараю примыкает. Не иначе, есть тут проход, думаю. Ну и пошел, куда послали.

А там вижу, отодвинула Анна доски и неприметно для соседей уже ко мне перебралась:

– Так будем лопату смотреть? – и глядит встревоженно.

Сама она – совсем девчонка ещё. Лет девятнадцать или двадцать. Росту и сложения среднего – всё при ней. Какова с лица – не скажу. Платок накручен так, что только щель для глаз оставлена. Но мне это сейчас не так уж интересно – я руки ей положил пониже талии и к себе потянул – очень уж прозрачно она дала мне понять, чего хочет. Так я тоже не против, а очень даже готов.

Огладил руками выпуклые места – чувствую, разгорается моя неожиданная благодетельница. Подсадил я её на верстак, подол приподнял, да и порадовал, чем мог.

– Быстрый ты, – только и сказала она мне. Соскользнула вниз, обняла благодарно, и нырнула обратно к себе.

Почесал я в затылке – уж как-то очень непривычно, оказывается, делают это самое тут в двадцать девятом году. Но ничего говорить вслед не стал, кроме:

– Спасибо, милая! Заглядывай, если что.

Посмотрела она через лаз уже со своей стороны, молча кивнула и ушла. Наверное показалось – ничего ведь не разглядишь из-за платка – но, почудилось, будто на глазах у неё блеснули слёзы.





* * *


Соседка эта, если муж ейный был в рейсе, с того случая меня навещала. Рассказала, что лаз в стенке ещё предыдущий хозяин моего нынешнего дома оборудовал. Он вообще-то пьянчужкой жил, рыбку ловил, продавал да пропивал. Залезть к соседям и что-нибудь слямзить грехом не считал. Хотя, дырку эту я не обнаружил когда ремонтировал сарай – аккуратно сделана.

Участок я прибрал, огород обиходил, деревья окопал, бурьяны извёл – помогал в своё время родителям на даче, так что в основах земледелия разбираюсь. Силёнок у меня достаточно, руки не обе левые – так что устроился, не хуже других. Водопровод, канализация и центральное отопление постепенно забываются, как и телевизор, надоевший мне ещё в прошлой жизни.

А с Анной мы, время от времени, грешили по-быстрому. Она всегда приходила неожиданно буквально на несколько минут и торопилась обратно. Мужа её, Никодима, я видел издалека – он не в наших мастерских работал, а где-то на реке. Видный парень, заметно старше меня, но представительный. И чего бабе в нём не достаёт? Ну да мы об этом не разговаривали с ней – всегда торопились и редко когда каким словечком перекидывались. У меня даже сложилось впечатление, будто мы делаем какое-то важное общее дело, словно товарищи по работе.

С другой стороны эти тайные от всех и ни к чему не обязывающие отношения устраивали меня наилучшим образом – заводить семью я не намеревался.





* * *


В мастерские пришел новый заказ. Не на ремонт судна, а на изготовление лоханей для… то ли бетона, то ли раствора цементного. Где-то в Сталинграде нынче идёт большое строительство – туда и потребовалось этакое оборудование. По существу – просто большое корыто с ушами по углам, чтобы можно было зацепить краном и подать куда следует. Начальник наш собрал работников и воодушевил на помощь строителям тракторного завода. Потом ещё секретарь партийный его поддержал, ну а мы, как положено, похлопали. Хотя работа тут была только клепальщикам – остальные-то не причём. Ну а чуть погодя – скандал – в том месте, куда сходятся сразу три плоскости – то есть в углах, получилась течь.

Не, ну и какая, спрашивается, проблема? Заткни дырку чем попало, замажь хоть соплями, и после начала применения цемент всё равно это место намертво запломбирует. Да только слышу, как дядька в кожанке, что приехал принимать работу от заказчика, директора нашего в конторе кроет за безответственность, вредительство и отсутствие партийного чутья. Мужики наши, ясное дело, сочувствуют своему начальству и кувалдами пытаются грозу от его головы отвести

Книга Лоханка: отзывы читателей


Валерий
Легко написано ичитается ещё легче. Для молодёжи вообще очень подходящее чтиво. И надо же из простого корыта выточить столько полезного. Описание техники не грузит . По драматургии линии и герое в норме. Ни кто не в обиде. Посмеялся как герой описывает все про себя. Как он воевал может и не нужно уже, а как все начиналось пойдёт. Легкий жанр и слог доступен. Короче отдохнул за чтивом. А так кому как. Спасибо , Калашников.
  • 22 сентября 2018 17:48