Закладки

Бывших офицеров не бывает читать онлайн

понимал, что этот человек умирает.

Остальные двое были немного посвежее, хотя тоже в почти дистрофическом состоянии, так что ещё вчера нам помогали. Сегодня чистые и побритые во всех местах, где только можно, они сидели вместе с нами за столом. По-моему, они ещё пока не верят в то, что это всё наяву. Один сидит рядом с «Гномом», второй – рядом с «Белкой».

– Так, бойцы, сегодня коротко. Чтобы не путаться, двое новых бойцов работают с «Доком». Новых бойцов кормит только «Док». Все остальные, кто меня слышит. Спасённым нами людям можете протянуть только кружку воды и только с разрешения «Дока». Кормить много нельзя – убьёте людей.

Новые бойцы. Хотите жить, слушайте «Дока», как маму родную. Если вы не в состоянии удержаться, мы нагружаем вас продуктами, сколько унесёте, и до свидания. Умрёте сами от заворота кишок. Все остальные правила отряда вам расскажут наставники и командиры подразделений.

«Старшина». До сегодняшнего вечера у новых бойцов должны быть новые имена.

«Серж». Со своей группой до ночи отдыхаешь. Отдыхаешь – это значит по хутору не шаришься. И всё, то же самое по хутору «Погранец» – снять старые мины, осмотреть места подрывов, не обнаруживая себя, разведать хутор. Через сутки мы к вам подтянемся. Все остальные работаете со «Старшиной».

«Старшина». Копаешь здоровую яму или две ямы в одном из сараев и загружаешь туда весь дом. Некогда таскать материалы в выкопанные ямы и землянки. Туда загрузим то, что останется, сам решишь, что и куда, списки составить не забудь. Сами землянки будешь строить, когда будем разбирать дом и сараи. Мы с «Третьим» работаем по дому. У тебя два дня.

«Фея» и Эстер, на вас дневная «фишка». Пока всё.





19 сентября 1941 года




На дороге был подрыв, как и на том хуторе, где сейчас работает «Старшина», но остальные мины сняли. Поэтому всё равно пришлось проверять дорогу, а за день это полностью сделать не успели, потому что дорога на этот хутор заминирована по-новому и очень густо. Причём мины стоят вразнобой. Явно какой-то умелец ставил по своей схеме, так что на хутор пошли пешком.

Группу вёл сам. Игрушки закончились, здесь надо работать по-серьёзному. Лес с левой стороны хутора не заминирован, но между лесом и хутором здоровенное поле. С правой стороны лес примыкает к жилым постройкам.

В прикрытии осталась только «Дочка». С ней вторым номером Виталик, поэтому перед выходом нарезал ей сектор обстрела. Виталя тоже вооружился снайперкой. Стреляет мой помощник не мастерски, скорее как твёрдый середнячок, но наблюдатель он хороший. В силу своей обстоятельности Виталик фиксирует то, что другие обычно пропускают.

– Мутный хутор, непонятный, – сказал я, выслушав «Дочку», «Сержа» и «Стрижа» и посмотрев зарисованные схемы построек. Действительно, очень странно расположены сами здания. Два жилых дома с прилегающими к ним длинными сараями стоят друг напротив друга. Один жилой дом, грубо говоря, спиной к лесу, другой так же к здоровенному полю, а двор у них общий. Первый раз я такое расположение домов здесь встречаю, да и не здесь тоже.





«Стриж»


Мудрит что-то командир. Что там непонятного? Тоже мне «командир». Подумаешь, мины не сняли: ползай теперь по лесу ночью, упирайся носом в его сапоги. Объехали бы по обочине, а потом по полю и всё. Чего это он? Мина? В лесу? Никогда же не было! Ещё одна? Так чего мы сюда попёрлись? Вдоль дороги пройти не могли? Три мины нашёл и снял. Прям и чтец, и жнец, и на дуде игрец. И сторож у девок. Следит за ними как политрук – не подойти. На заставе и то таких порядков не было. Ладно, поглядим, что дальше будет.





* * *


Ночью подползли к дому со стороны леса. Правильно, что полз первый. Лес заминирован. Не сильно, но три мины нашёл – простые нажимные противопехотки, но тем не менее. Хорошо, что вышел сильно заранее – было время осмотреться и проторить более-менее нормальный проход. Остальные двигались только за мной по пятам и ползком. Понятно, что полз не по таким привлекательным тропинкам, а напрямую по кустам черники. Пришлось обнюхивать всё на ощупь. Все три мины нашёл у поворота тропинки: даже представить боюсь, что там, в лесу, вокруг дома творится.

Доползли до дома, обползли его, рассредоточились вокруг и стали ждать утра. Около фундамента мин нет, а вот если брать правее от дома, куда тропинка в лес уходит, так сразу четыре штуки стоят. Я даже трогать их не стал. Опять светодиодный фонарик помог. Удобная штука, а дома вечно нос воротил от подобных вещей.

В пять утра в коровник через дом вылезла тётка. Подоила четырёх коров и ушла. В домах света нет. Вообще никакого шевеления нет, а так в деревенских домах не бывает. Кто-нибудь по дому и пройдёт, во двор обязательно выйдет, в туалет сходит, а тут тишина.

Мне не нравится. Вот не нравится, и всё. Чуйка верещит дурным голосом. Потом понял. Ёкарный бабай! Конь ты педальный, а не командир. Сеновал не просматривался от наблюдателей, а он закрыт. Если там какое железо типа танка или броневика, мы все здесь ляжем – противотанковых гранат-то у нас нет. И уходить поздно. До рассвета не успеем, и в лесу мы целую дорогу протоптали. Ну что ж, значит, не судьба, а могли бы хозяева умереть спокойно, во сне.

Оставил «Сержа» и Зераха у сеновала, а остальных рассредоточил под окнами. Самое главное было расположить всех в «мёртвых» секторах пулемётов. Я очень внимательно рассмотрел схему хутора, нарисованную «Дочкой» и «Сержем», и в том, что пулемёты здесь есть, ни разу не сомневался.

Пулемёты стоят на чердаках в слуховых окнах, направленных на старую дорогу, в сторону поля и во двор, иначе нет смысла минировать лес, то есть прикрывать направления, которые пулемётами не простреливаются. К тому же то, что дорога заминирована наглухо, а на хуторе полно людей, означало только одно: то, что подъезжают к хутору теперь с другой стороны. Это недоработка «Сержа». С другой стороны, если бы «Серж» полез в лес без «Девятого», вся разведка осталась бы в лесу. Да и с «Девятым» тоже, скорее всего.

В шесть утра мы начали закидывать оба жилых дома гранатами. Через тридцать минут всё было кончено. На сеновале и на чердаках обоих домов были оборудованные пулемётные точки. На чердаке одного из домов пулемётчиков убила «Дочка», на сеновале я и «Серж». На чердак второго дома «Гном» тоже закинул гранату, причём абсолютно без команды. Как только пулемёт завёлся, «Гном», которого я поставил под фронтальное окно, сначала закинул две гранаты в дом, а потом одну на чердак.

Но и одной гранаты РГД-33, закинутой «Гномом» на чердак, хватило, чтобы пулемётчик развалился на несколько запасных частей. Правая рука с очень неплохим чешским пулемётом «Брен Мк 1» вылетела наружу, а всё остальное неравномерными кусками было раскидано по чердаку. Пулемётчик хрен с ним, а вот пулемёт жаль. Ствол погнуло, ствольную коробку осколками побило, приклад кровью залило. Хорошая была машинка. Англичане с этим «Бреном» и его модификациями всю войну прошли. Я почему знаю? Этот пулемёт чехи ещё до войны придумали и поставляли его в британскую армию, а англичане с ним даже на Фолклендах воевали. То есть пулемёт стоял на вооружении британских войск более пятидесяти лет и, соответственно, его во всех фильмах показывали.

После всего втроём прошлись по домам на зачистку. Живого нашли только одного, да и того с сильной контузией и тремя ранениями, но всё равно по каждому делали контрольный выстрел. Старались, конечно, в голову, просто не у всех были целые головы. Это мой прокол. Повезло здорово, почти вовремя тормознул, а могли бы влететь. Не хотел сначала шуметь, но после сеновала передумал.





«Стриж»


Ну, командир! Ну, жук! Попёрлись бы мы по полю! Да здесь мин больше, чем картошки. И на обочинах, и на дороге, и по краям поля, и в лесу на тропинках, а ездили хозяева вообще вокруг – новую дорогу через поле протоптали. Вот как командир догадался, что на сеновале вместо сена машина стоит? Он же никогда здесь не был?

Откуда он про пулемёты знал? Мы же о них даже не подозревали, хотя весь день за домом смотрели! Ведь всех за руку под окна подвёл и поставил. Никто под пулемёты не попал. Стрелять они сразу после первых взрывов начали, потом откуда-то сбоку две короткие очереди – и пулемёт замолчал. Если бы сам такое не увидел, никогда бы не поверил.

Зашли бы мы в дом. Ага. Я даже и не знал, что так бывает. Во всех домах двойные двери, и на кухнях по человеку, оказывается, сидели, вроде дневальных. Откуда командир про это знал?

Вот как он нас по лесу провёл через мины? Как? «Девятый» глаза вылупил и так целый день ходит. Он к этим минам подойти боится. «Девятый», между прочим, сапёр. Подошёл он с командиром к этим минам, побыли они там – что-то командир ему показывал, а потом вернулся, сел на скамейку у дома, попробовал закурить, а у самого руки трясутся – цигарку скрутить не может.

То, что мне попало, так сам дурачок виноват. Сказал же командир: «бросил гранату, ложись под окно», а я к дверям рванул, ну и попало осколком. Рикошетом прилетело.

Да! Командир силён! А ребята теперь смеяться будут.





* * *


– Командир! Как его перевязывать-то? Как там бинт мотать? – спросил «Гном», озадаченно разглядывая задницу «Стрижа» с торчащим из левой ягодицы мелким осколком гранаты.

– Никак. Аккуратненько тампоном прижми, сейчас освобожусь, вытащу его и сам перевяжу. – Я едва сдерживал смех. Нервное напряжение, в котором я пребывал с ночи, отпускало, и организм требовал разрядки, но ржать нельзя, иначе «Стрижа» потом затравят.

– Вот дурная голова, «Стриж», ногам покою не даёт, но в данном случае пятой точке. Я, конечно, понимаю, что ты соскучился по ранениям, героическим подвигам и

Книга Бывших офицеров не бывает: отзывы читателей