» » » От винта! : Не надо переворачивать лодку. День не задался. Товарищ Сухов
Закладки

От винта! : Не надо переворачивать лодку. День не задался. Товарищ Сухов читать онлайн

градусов влево!

– Есть!

Подходим к повороту, докладываю о нем и также быстро поворачиваю. С полётом по прямой я освоился, а вот как снижаться? «Тоже по прибору! Задаёшь глиссаду по авиагоризонту и идешь вниз!» Третий поворот! Докладываю, что начал снижаться и занимать эшелон 2000 метров. Уппсс! Температура ползёт вверх, приоткрыл заслонки, вышел на 2000, выровнялся. Сзади:

– Открывай шторку! Сравни место по счислению и истинное!

– Уклонился метров на двести вправо!

– Это ты ветер не учел! Скажи спасибо, что я тебе помог! Полётное задание надо читать внимательнее! Но для первого раза – совсем неплохо! Пошли домой!

На разборе полёта Владимир Константинович рассказал, как надо, ещё до облачности, рассчитывать снос. Я спросил у Сергея, почему он мне не подсказал? Он ответил, что специально не подсказывал, иначе Владимир Константинович догадался бы, что ты в облаках летал. А у тебя в лётной книжке только полёты в простых метеоусловиях. А я об этом даже и не подумал! В столовой мы сели за стол к Стефановскому.

– Ну как Воробушек? – задал он вопрос Владимиру Константиновичу.

– Будет летать! Машину хорошо чувствует, а вот штурманская подготовка хромает, как у всех истребителей!

– Сильно мазанул?

– Двести метров.

– Всего?

– Ну, я ему немножко помог! На втором повороте.

– А правда, что он «АИ» погонял крепко?

– Сам видел! Сделал его дважды, потом дал себя атаковать, сделал нисходящую бочку, пропустил его над собой и третий раз сделал!

– Класс! Ты у кого учился?

– У Маренкова.

– У Кузьмы? Тогда понятно! Классный инструктор!

– Ты понимаешь, Пётр, – сказал Владимир Константинович, – я Кузьму больше тебя знаю. Не его это почерк. Тот виражи уважает, а этот действует на вертикали. Самородок! Андрей, а нарисовать схему боя с Филиным сможешь?

– Конечно! Это же сегодня было!

– Давай после ужина в класс!

Часа два мы втроем с фигурками самолётов топтали класс, искали мои ошибки и как уйти от моих атак. Вышли из класса уже в темноте. На прощанье Коккинаки сказал, что то, что я делаю, надо обязательно вносить в наставления и тактику ВВС.

– Связь нужна! Без связи мы как курицы летаем, Владимир Константинович!

– Где взять?

– В Америке!

– Завтра из Крыма возвращается Валерий, попробуем с ним поговорить. Спокойной ночи! Подъём в 4-30! В 5-30 построение перед классом.



Чкалов приехал, но я его не видел ещё несколько дней, много летал, в основном – вторым пилотом на Ю-52, ПС-84 и ТБ-3. Довольно скучное занятие, но приказы командиров не обсуждаются. Зато много и часто, в облаках и по приборам. Чкалов сам подсел ко мне в столовой, вечером, через неделю.

– Как дела, Андрюша? – Я заулыбался, поблагодарил, сказал, что Александр Иванович пересадил меня на бомбардировщики и транспортники, и что я учусь ночным полётам, но очень скучаю по истребителям.

– Да, Андрей, у нас все летают на всём, что может летать, и особенно на том, что летать не может! Говорят, что ты Александра Ивановича в воздухе побил? Но я не за этим… Мне рассказали, что ты в моторах разбираешься? Завтра я за тобой утром заеду, кой-куда съездим. Хорошо?

Утром под окном раздался клаксон «паккарда» Чкалова. Я был уже одет, но Чкалов велел надеть лётную куртку, а не китель. Поэтому мы зашли ко мне, и мне пришлось извиняться за порядок в комнате, так как Сергей настоял приобрести и взять в библиотеке очень много книг, которые он выбрал. Мы выехали на Ярославское шоссе и поехали в сторону Москвы. Минут через сорок подъехали к красному зданию на Беговом проезде. Чкалов провёл меня через охрану, и мы зашли в какой-то кабинет. Там нас встретил высокий лысоватый человек лет пятидесяти.

– Знакомьтесь, Николай Николаевич, это – Андрей, тот парень, которого я хочу к нам пристроить. Он говорит, что мощность двигателей можно повысить, если вместо карбюраторов использовать насосы и форсунки.

– Кто-нибудь это делает?

– Нет, но схема выглядит вот так! – И я начал изображать схему, нарисованную мне Сергеем. – Назовём это «непосредственным впрыском топлива в цилиндр».

– А привод насосов высокого давления?

– От газораспределителя клапанов.

– А в этом что-то есть! – Николай Николаевич снял трубку и кому-то позвонил: «Зайди, пожалуйста!»

– Ну-ка, посмотри, что предлагают! – сказал он подошедшему высокому худощавому товарищу в кожаной куртке.

– Боже мой! Отдельная пусковая форсунка! Всё гениальное – просто! Запуск по карбюраторной схеме, а дальше непосредственный впрыск! А мы столько городили! Кто? Где? Когда? – высокий мужчина со стоном сполз в кресло.

– Да вот, перед тобой сидит!

– Он??? А можно я его у вас заберу!

– Вот уж дудки, Аркадий Дмитриевич!» – сказал Валерий Чкалов и показал выразительную дулю главному конструктору. – Он – лётчик, и я его нашёл!

– Такой талантище в землю зарывать? У меня он будет полезнее! Вам же двигатели нужны!

– Двигатели нам нужны! Вот и давай нам двигатель! С непосредственным впрыском, а мы тебе помогать будем. Всё равно у него нет инженерного образования, он Качу заканчивал! Он летать будет на твоих моторах! – сказал Чкалов.

– Когда будет двигатель, Аркадий? – спросил Николай Николаевич.

– В принципе, всё есть, аппаратуру для подобного движка мы пытались сделать, но он не пошёл, слишком сложна настройка оказалась. То, что предлагает молодой человек – много проще! За пару месяцев управимся!

– Нет у нас двух месяцев, сам знаешь! Все рвутся надрать немцам задницу в Испании, меня вовсю торопят.

– Мне кажется, – вставил за меня Сергей, – что в Испании всё закончится раньше, чем все думают! Поэтому нет смысла на коленке делать движок! Это же сердце самолёта. А на такой мощности ещё и винт регулируемого шага нужен, иначе греться будет на снижении. А вот тут – нужен реостат, который будет контролировать обогащение смеси в зависимости от потока воздуха, проходящего через воздухозаборник, и его температуры.

– Николай Николаевич! Отдайте его мне!!! Хоть ненадолго! – «Не соглашайся!» – послышался голос Сергея у меня в голове.

– Аркадий Дмитриевич! Я – летчик, а не инженер. Моё дело – летать, сейчас учусь учить летать самолёты. А непосредственный впрыск вы и ваши люди сделают и без меня. И даже лучше меня. Каждый должен заниматься своим делом, тем более что война на носу.

– Жмоты! – пробормотал Швецов, забрал листки с рисунками и, уходя, сказал: – В середине октября дам два двигателя! Обкатанных. Стоп! Тебя как зовут?

– Андрей.

– Полностью!

– Андреев Андрей Дмитриевич.

– Увидимся ещё!

Неожиданно Николай Николаевич попросил меня выйти и подождать в коридоре.

– Валерий! Ты давно знаешь этого мальчишку?

– Нет, познакомились в августе на Центральном аэродроме. А что?

– У мальчика очень хорошее, я бы сказал, академическое образование! Такого не получить в военном училище!

– Быть не может, Николай Николаевич! Я же его Сталину показывал, сам понимаешь, что после этого он полную проверку в НКВД прошёл. Он действительно курсант Качи, но я сегодня был у него на квартире, там всё книгами завалено, техническими.

– М-да! Не перевелись ещё богатыри на Руси. Тогда он чертовски талантлив!

– Вы бы видели, как он летает! Глаз не оторвать! И совершенно виртуозно ведёт воздушный бой! Представляете, надрал задницу Александру Ивановичу! Трижды! И один раз из заведомо проигрышной позиции: специально дал зайти в хвост, вывернулся, пропустив его над собою, и догнал! Ну что? Берем вторым испытателем?

– Ну, раз ты его так хвалишь, тебе я привык доверять, как себе. Зови мальца!

Меня вновь позвали в кабинет, где мне сказали, что я назначен вторым испытателем КБ Поликарпова. Летать придётся на шести разных машинах, с программой испытаний меня познакомит Валерий Павлович. Базироваться будем здесь, в Москве, и что мне сегодня будет предоставлена комната от завода. Николай Николаевич спросил о моих планах, и я ответил, что на следующий год хочу поступать в академию Жуковского на конструкторский факультет.

По дороге обратно Чкалов завёз меня к себе домой и познакомил с женой, представив меня как своего заместителя в КБ. Пообедали, Валерий Павлович выпил, и мне пришлось добираться до Чкаловского самостоятельно. Приехав, я пошёл искать Коккинаки. Владимира Константиновича я нашёл в классе. Он уже знал, что произошло, и сказал мне, что ему очень жаль, что меня забирают в КБ, но формально я остаюсь у него в эскадрилье. Просто считаюсь в командировке.

– У Валерия Павловича скоро отпуск, поэтому принимай у него дела, входи в курс дела, но не забывай про слепые полёты и полёты ночью.

Между нами осталось что-то недосказанное, Владимир Константинович хотел, видимо, сказать что-то большее, но не решился. Утром приехал Чкалов, и мы загрузили мои нехитрые пожитки в его машину.

– А ты что, совсем не пьёшь?

– Практически да! Очень редко и понемногу.

– Ну и молодец! А я вот… Уж сколько через неё проклятую натерпелся, а бросить никак не могу!

Заехали на новую квартиру, забросил вещи, и поехали на Центральный аэродром. Я оформлял пропуск, а Чкалов куда-то исчез. Затем он неожиданно появился и поволок меня «смотреть хозяйство», как он выразился. Это был новый И-16 тип 17, полутораплан И-15бис, новая «Чайка» И-153 и ИВ-4. Про первый ВП сказал, что этот летает, но нужно составить наставление по эксплуатации двигателя и ВРШ, про И-15бис – просто махнул рукой: «этот серийный, но лётчики на них сильно жалуются». О «Чайке» сказал, что не летает, очень вибрирует верхнее крыло, скорее всего, будут переделывать, про ИВ-4 сказал, что очень капризный мотор, но самолёт хороший.

– А где И-180?

– Он ещё в цеху, пошли!

Два самолёта, длиннее, чем И-16, с красными носами, сиротливо стояли, накрытые чехлами, в цеху. Кроме капота, ещё ничего не было покрашено, не было винтов.

– Вот они, красавцы! Нет двигателей, в кабине нет ничего, кроме кресла и ручки управления. Так что работы у тебя будет немного: погоняешь «ишачка», облетаешь «бис»: проследи поведение расчалок на штопоре. На «чайке» только подлёты, без уборки шасси.

Книга От винта! : Не надо переворачивать лодку. День не задался. Товарищ Сухов: отзывы читателей