Закладки

S-T-I-K-S. Существование читать онлайн

там и шею, а у меня уже от диска всего ничего осталось. Очень уж тугие пластины. Никогда такую броню не видел, у нее даже рисунок неправильный, с хитрым перехлестом, не сразу и поймешь, как надрез вести.

– Вижу, Мазай, у тебя тут все схвачено и осмыслено.

– Ну Никанорыч, я ведь не первый день в деле, мне иначе нельзя.

– Посадить бы тебя на штраф с Щеглом на пару. Может, покатаетесь по кластерам, посмотрите на стронгов поближе, и не только на них, глядишь, и думать не седалищами научитесь.

– Никанорыч, ну вот зачем меня на штраф? Я ведь человек исполнительный, что мне сказали, то и делаю. Нет моей вины, что пила его так скверно берет, клиент очень уж жесткий. Говорю же, сам не пойму, что с ним, у него броня будто проволокой пропитана, не режется вообще, только на волокна лохматится.

– Щеглу было сказано готовить клиента для клетки. Для клетки, а не для клеточных, разницу понимаешь? Неправильно он тебе растолковал, а это косяк.

– Охренеть. А я тут при чем? С Щеглом и решай.

– А своя голова тебе на что?

– Щегол мою голову не спрашивал. Что сказано, то и делаю.

– Так не на корм надо пускать, а на дело интересное. Зачем бы тебе его живого отдали, сам посуди? Не мог подумать?

– Так мало, что ли, я живых порезал? Никакой математики не хватит такое сосчитать. Щегол сказал, я сделал, что не так?

– А то, что достали вы меня своей непонятливостью и ограниченной исполнительностью. Причем все достали. Давай, в темпе клиента заштопай. Рука хоть не отвалится?

– Ну так кость целая, и броня с другой стороны осталась, а она – тоже опора. Никуда эта рука не денется. И я не понял – как это штопать?

– А так это и понимай. Новеньким его сделать надобно.

– Новеньким? – голос Мазая был переполнен скепсисом.

– Ну, хотя бы не совсем старым. Там подлатать, там подкрасить в черное и страшное. Ну ты сам все знаешь, не первый раз замужем.

– И на кой оно нам надо?

– Ты с внешними тему карьера помнишь?

– Памятью не хвораю.

– Приедут они завтра. Мы им передали, что под них клиент интересный появился. Так, мол, и так – элитный товар, штучный, красоты неописуемой. За соответствующий подогрев мы готовы его выставить хоть сей момент. Пригодится и для фильма красивого, и для альбома дембельского – до того хорош, что ко всему подходит. Так что завтра твой мальчик должен в карьере петь и танцевать.

– Сложную задачу ты мне задал…

– И что тут такого сложного?

– Погляди сюда.

– И что?

– Что-что: штыри в нем – целых два.

– Ну так вытащи.

– В хребет они забиты, чуть не так поверну, и не станет клиента. Тут хитро все устроено, институтские ему паралич через них делали.

– Мазай, запомни уже – институт в Улье всего один, а то, о чем ты мне сейчас талдычишь, – инпостеры, или попросту ипсы. Дебилы они там через одного, а не ученые, много о себе думают, а толку чуть. Так что, если они железки засунули, такой грамотный мужик, как ты, без помех достанет, потому как не глупее некоторых, пусть даже меня умом в последние времена не радуешь. Давай, братец, делай все как надо, заговорился я с тобой.

– Эй, Никанорыч, ты погодь уходить.

– Чего еще?

– Если вытащу, может не успеть срастись. Это же тебе хребет, а не пятка, дело больно тонкое, спешку не любит.

– Внешники завтра прикатят, грев привезут, а этот мальчик должен за грев отработать добротно. Покорми его как следует, мяском свежим, они это любят.

– Нельзя ему мясом кормиться, голод сейчас куда полезнее. Знаю я получше метод, но надо, чтобы он с пустым брюхом сидел или на чем-то легком, вроде сахарка. Поможешь?

– В чем помощь нужна?

– Живчик требуется. Ведро крепкого живчика на ведро молока или масла растительного. Лучше всего оливковое, но главное там – живчик. Залить ему в брюхо, и восстановление влет пойдет.

– Ведро живчика?! Может, ты его еще и жемчугом покормишь? Давай, Мазай, не стесняй себя в запросах, у нас ведь всего полно, прям не знали, куда добро девать, а тут вдруг ты возник с креативно-разорительными идеями.

– Не знаю, не пробовал такое, кто мне жемчуг даст, шутишь, что ли. А вот живчик – вернейшее средство для таких вот клиентов.

– Для человека это вернейшее средство, а не для них.

– Уж поверь, с ними тоже работает.

– Откуда знаешь?

– Помнишь, когда внешние кино снимали в карьере?

– Они всегда снимают. Любят это дело, там в кого ни плюнь, сам себе режиссер.

– Тогда без игрушек и всяких глупостей с бабами снимали. Просто две камеры большие и вертолет.

– А, вот ты о чем. Помню, конечно. К чему ты это сказал?

– К тому, что образину в тот раз Щегол говорил подготовить. Сказал, что надо шустрости в ней поубавить. Я хлопья и метанол Горику дал, сказал ему развести и залить через катетер, а сам не проследил за дураком. А потом смотрю, девочка уж больно шустро скачет. Кинулся проверять, и что вижу? Этот безрукий человек метанол отдельно поставил, хлопья отдельно, а потом взял бутыль, которую я развел для братьев-страдальцев, и влил в девочку. Там три литра живчика чистого и масло с молоком, все как доктор говорил, строго по рецепту смешивал. Девочка после такого хорошо прыгала, сам же помнишь. А ведь болезная была, как привезли, еле-еле шевелилась.

– Еще бы ей не шевелиться еле-еле, если в нее из крупняка очередь, считай, в упор вбили. Только почему девочка?

– Я так вижу.

– А, ну да, позабыл, что с подарком Улей тебя огорчил, видишь баб, но ни одна не в радость. Значит, целое ведро перевести придется?

– Ну ты посмотри на этого мальчика. Да я даже не знаю, хватит ли ведра, у него рот, что у гиппопотама из Африки.

– Ведро, Мазай, это цельная жменя споранов, а бегемоты, кроме как в Африке, нигде больше не водятся. Это чтобы ты знал.

– Можно и без споранов, дело твое, но тогда я не скажу, поднимется ли он завтра. Очень уж болезный, ты на глаза его глянь – сухие и плачут. По углам стекает, а до остального не достает. Плохо это, даже моргать не умеет, сам посуди, на что такой паршивый годен?

– Ладно, уболтал ты меня, будут тебе твои спораны. Нам для нужного дела ничего не жалко, лишь бы с пользой. Только смотри, чтобы мальчик твой всерьез буянить не начал. Он ведь морду лица на семерых нажрал, как бы не вышло чего. Учти, что гости у нас серьезные намечаются, аж из совета директоров. Там шишки не с кедра упавшие, там всем шишкам шишки, покрупнее ананасов будут.

– Не волнуйся за такое, Никанорыч, руки у меня из плеч растут, сделаю в лучшем виде. Полежит на живчике, потом маленько метанола ему добавим, с хлопьями, пускай поспит чуток. Если с дозой не ошибаться, часа по три можно держать сонным, ну а нам больше и не нужно, нам ведь главное, чтобы к нужному моменту подгадать.

– Пойду за спораны скажу, а ты со мной иди, сам и заберешь их. А потом Щегла найду, поговорить с ним хочу. Что-то он много путать стал в последнее время. И общается как-то криво, иной раз не понять его, не нравится мне это.

– Зельем мертвячьим балуется, а от этой гадости любой чудить со временем начинает.

– Это да, это до добра не доведет, если не образумится. Вот за то, Мазай, тебя ценю, что к гадости не прикасался и прикасаться не станешь.

– Ну так мы с тобой люди простые, два лаптя деревенских, нам самогона с водочкой хватает, ядом не интересуемся. Слыхал, о чем ребята шепчутся?

– Ну-ка скажи, а то всякого шепота от них много.

– Говорят, что братья мы с тобой. Родные.

– Да ты что? Ох и фантазеры, с чего им такое в головы пришло?

– Разговариваем, мол, одинаково, как быдло из свинарника, бреемся нечасто, а ты вот вообще бородищу отрастил.

Голоса удалялись, но Трэш продолжал их различать даже сквозь многочисленные препятствия. Однако он не прислушивался, все внимание уходило на руку. Жгущий ее огонь чуть притих, но не успокоился и больше не отступал. Терпеть такое невозможно, хотелось прижать обе ладони к груди и взвыть, но об этом не могло быть и речи. Все, что ему оставалось, – это мысли. Он силился понять, почему все эти люди так бессердечно с ним обращаются. Кто он такой, откуда взялся, почему знает многое, но при этом ничего не помнит о себе. Но как ни пытался отвлечься на раздумья, это не помогало, боль не отступала ни на шаг, грызла, пусть и без острых приступов, но равномерно-мучительно.

В какой-то момент, в очередной раз попытавшись захрипеть, Трэш в отчаянии представил, как мышцы наполняются жизнью и движением, он легко рвет цепи и тросы, которыми его тело примотано к колесной платформе, вскакивает, обрушивается на Мазая, всем своим весом прижимает его к земле и, глядя в расширившиеся от предсмертного ужаса глаза изверга, произносит два слова: «За что?»

Странно, но такая картина заставила боль отступить на задворки. Всего на секунду, на миг, но заставила.

Трэш не мог это не заметить и, воодушевившись, добавил картине красок: пронзительный вопль, вырывающийся из груди Мазая, кровь, хлещущая из его разрываемого тела, отчаянные мольбы о пощаде и прерывистый предсмертный хрип.

Затем Трэш представил, как оказывается в месте, где впервые осознал себя. Представил широко распахнутые глаза Чипа и Дейла, представил, как оба сучат ногами в то время, когда его лапы все туже и туже сжимают их цыплячьи шеи. Представил людей, которые сверлили его тело, чтобы вставить катетер в вену, обливали холодной водой,

Книга S-T-I-K-S. Существование: отзывы читателей


svoyak
svoyak
  • 0
Интересно,захватывает,рекомендую
  • 6 декабря 2018 21:55
Гость Евгений
У А.Каменистого почти все произведения хороши.Эта книга не исключение,впервые мир STIKS-а с точки зрения "зараженного",суперкваза,или элитника с проснувшейся памятью человека? ГГ и сам не знает к какой категории его теперь можно отнести.И чем заняться кроме мести тоже не задумывался..,ага,вот только ГГ автора местью не упиваются,не того им как то,у них всегда множество дел а,так как парни они "пряморукие" то и пользуются этими руками(пусть даже чужими))столь эффективно что в припрятанных "роялях"не нуждаются Месть для них лишь эпизод очередной захватывающей истории,ну или её начало,а концовка книги позволяет надеяться на продолжение,а то и развития в серию где по крайней мере,следующая книга будет даже лучше этой))Автору успехов!Спасибо за творчество
  • 18 января 2019 12:15
AndrewSVGAD
Новый взгляд на S-T-I-K-S. Крепкий задел на долгую проду.
  • 11 мая 2019 20:18