Закладки

Сердце предательства читать онлайн

поменьше других, коренастый, со множеством рыжих косиц, ниспадающих на плечи. Он заключил Кадена в объятия, приветствуя его возвращение домой. Разговоры возобновились, однако гул голосов стал заметно тише – видимо, подумала я, на них так подействовало присутствие Убийцы. Это напомнило мне о Малике и его отношении к Кадену во время долгого пути через Кам-Ланто. Он мог беситься от ярости, но, хотя силы их были равны, всегда уступал требованиям Кадена.

– Комизар занят, – сообщил Кадену наместник. – Может, и вовсе не придет. У него…

– Посетитель, – договорил Каден.

Наместник расхохотался.

– Посетительница. Вот бы и меня такая посетила.

К ним подошли еще несколько наместников, и один из них, с длинным крючковатым носом, сунул в руку Кадену кружку. Он поздравил его с возвращением и попенял, что тот слишком долго прохлаждался на каникулах. Другой подхватил тему и тоже пожурил Кадена за то, что тот больше времени проводит за пределами Венды.

– Я там, куда посылает меня Комизар, – ответил Каден.

Еще один наместник, огромный, как бык, и с широкой, как у быка, грудью, приветственно поднял кружку.

– Как и все мы, – ответил он Кадену и, небрежно запрокинув голову, сделал долгий глоток. Эль выплеснулся из его кружки, потек с бороды на пол. Даже этот быкоподобный великан плясал под дудку Комизара и не стыдился открыто в этом признаваться.

Хотя разговор велся только по-вендански, мне было понятно почти каждое слово. Я разбирала не отдельные меткие словечки Венды, а куда больше. Помогли долгие недели пути через Кам-Ланто, когда их язык постоянно звучал рядом.

Пока Каден отвечал на расспросы о его поездке, я заметила, что один из наместников, вытянув из горы трофеев великолепную кожаную перевязь, тщетно пытается затянуть ее на своем обширном брюхе. У меня перехватило дух, потемнело в глазах, в крови заклокотала ярость. Я зажмурилась. Еще рано. Не теперь. Не дай убить себя в первые же десять минут.

Я перевела дыхание и снова открыла глаза. Кто-то смотрел на меня из другого конца зала. Я не могла оторвать взгляда от этого незнакомца. Он стоял в тени, лишь слабый луч света падал на лицо. Темные глаза ничего не выражали, но в то же время приковывали к себе, неподвижные, как у волка, выслеживающего добычу, неторопливые, уверенные. Он стоял, небрежно прислонившись к столбу, на вид моложе всех наместников, лицо гладкое за исключением узкой линии бороды на подбородке и тонких, тщательно подстриженных усиков. Темные волосы были растрепаны и вились, спадая почти до плеч.

На нем не было ни меховых оплечий наместника, ни кожаных воинских доспехов – только простые коричневые штаны и свободная белая рубаха. Он не торопился услужить кому-либо, следовательно, не был и слугой. Вот, будто потеряв ко мне интерес, он перевел взгляд на наместников, которые все еще толпились у трофеев, расплескивая эль. Потом на Кадена. Я увидела, как он пристально смотрит на Кадена.

Меня бросило в жар.

Это он.

Оторвавшись от колонны, он вышел на середину зала, и по первым же шагам я поняла, что не ошиблась. Это Комизар.

– С возвращением, друзья! – воскликнул он. В зале мгновенно воцарилось молчание. Все повернулись на этот голос, включая и Кадена. Комизар неторопливо шел по залу, и все расступались. Выйдя из тени, я встала рядом с Каденом – по залу прошел тихий ропот.

Комизар остановился в нескольких футах от нас. Игнорируя меня, он какое-то время не отрываясь глядел на Кадена, но наконец подошел и с неподдельной радостью заключил его в объятия.

Отпустив Кадена, снова отступил на шаг и вперил в меня безучастный, отрешенный взгляд. Я не могла поверить, что передо мной тот самый Комизар. Лицо без единой морщины – этот человек был немногим старше Вальтера и больше походил на старшего брата Кадена, чем на грозного вождя. И на устрашающего Дракона из Песни Венды – пьющего кровь и похищающего сны – он тоже не очень тянул. Ни рост, ни сложение, ничто в нем не внушало ужаса, кроме этого пристального взгляда.

– Что это? – спросил он на морриганском, почти таком же безупречном, как у Кадена, кивком указав на меня. Играет. Он прекрасно знает, кто я, и хочет, чтобы я поняла каждое слово.

– Принцесса Арабелла, Первая Дочь дома Морриган, – ответил Каден.

И вновь по залу пронесся приглушенный шепоток. Комизар усмехнулся.

– Она-то? Принцесса?

Медленно он стал обходить меня, со всех сторон осматривая мои обноски и грязь, точно не мог поверить глазам. Помедлил, задержав взгляд у меня на плече, там, где сквозь разорванную ткань виднелась кава. Негромко и вроде бы заинтересованно хмыкнув, провел костяшками пальцев по всей длине моей руки. У меня по коже побежали мурашки, но я только подняла повыше подбородок, будто рядом со мной жужжала назойливая муха. Комизар завершил круг и, снова оказавшись со мной лицом к лицу, фыркнул.

– Не слишком-то она впечатляет, а? Впрочем, как и все коронованные особы. Очарования в ней не больше, чем в миске прокисшей каши.

Всего какой-то месяц назад я бы охотно проглотила брошенную наживку и парировала выпад убийственно-острыми словами. Но сейчас я не хотела оскорбить его. Мне нужно было добиться гораздо большего. Я ответила на взгляд, в точности копируя безучастное выражение его лица. Потирая ладонью свою узкую, безупречно подстриженную бородку, Комизар изучал меня.

– Дорога была долгой, – пояснил Каден, – и ей она далась тяжело.

Комизар приподнял брови, изображая недоумение.

– Но в этом не было надобности, – сказал он. Теперь он говорил громче, чтобы все в зале слышали, хотя слова его по-прежнему были адресованы Кадену. – Помнится, я приказал перерезать ей горло, а не тащить сюда в качестве ручной зверушки.

Воздух искрился от напряжения. Ни один не решался поднести кружку ко рту. Ни один не шелохнулся. Может, они ждали, что их вождь вот-вот подойдет к трофеям, вытащит меч и моя голова покатится на середину зала – что ж, по их мнению, он был бы в своем праве. Ведь Каден оказал ему открытое неповиновение.

Но между Каденом и Комизаром было что-то такое, чего я пока не могла понять. Связь особого рода.

– Она наделена даром, – объяснил Каден. – Я подумал, что живая она может принести больше пользы Венде, чем мертвая.

При упоминании слова дар, заметила я, наместники и слуги принялись переглядываться, но никто так и не вымолвил ни слова. Комизар улыбнулся, жутковато и вместе с тем завораживающе. У меня на загривке встали дыбом волоски. Этот человек умел властвовать. И показывал свою мощь. После того как я узнаю его сильные черты, смогу нащупать и слабости. Они есть у каждого. Даже у грозного Комизара.

– Дар! – захохотал он и обернулся к собравшимся, не сомневаясь, что они его поддержат. Те тоже засмеялись.

Снова повернувшись ко мне и перестав улыбаться, Комизар взял меня за руку. Рассматривая мои раны, он бережно скользил большим пальцем по моей коже.

– А язык у нее есть?

На этот раз расхохотался Малик, он подошел к столу посреди зала и с грохотом опустил на него кружку.

– Завывает, как гиена. И кусается так же скверно, – кивнул чивдар. Солдаты начали перешептываться.

– И все же, – заметил Комизар, – она до сих пор молчит.

– Лия, – шепнул Каден, незаметно подталкивая меня, – можешь говорить.

Я недоуменно взглянула на Кадена. Он думает, я этого не знаю? Неужели и правда считает, что это его предостережение заставляет меня молчать? Слишком многие затыкали мне рот, показывая свою власть. Не время. Мой голос будет услышан, но я заговорю, когда сочту момент подходящим для себя. Я не проронила ни слова, не изменила выражения лица. Комизар и наместники ничем не отличались от толпы зевак, сквозь которую я только что прошла по пути сюда. Им было любопытно. Настоящая принцесса королевства Морриган. Я выставлена напоказ. Комизар ждет, что я устрою представление перед ним и его Легионом наместников. Ждут, что у меня изо рта посыплются драгоценности? Скорее всего, любым своим словом – как и внешним видом – я только вызову у них смех. Или получу пощечину от Комизара. Человек, занимающий такое положение, как он, может ожидать только двух вещей – сопротивления или раболепия. Я была уверена, что ни то, ни другое не улучшит моей участи.

Хотя сердце у меня в груди бешено стучало, я не отвела глаз. Только медленно мигнула, будто скучая. Да, Комизар, я уже начинаю узнавать тебя.

– Не беда, друзья мои, – произнес он, отметая мое молчание небрежным взмахом руки, – нам и без того найдется о чем поговорить. Да хоть об этом! – Комизар широким жестом обвел зал и трофеи и рассмеялся, будто был в восторге от улова. – Ну, что тут у нас?

Он начал обход, осматривая груженые тачки одну за другой, изучая содержимое. Только сейчас я заметила, что, хотя наместники уже порылись в награбленном, никто из них ничего не взял. Может быть, Комизар должен был сделать свой выбор первым. Он взвесил на руке боевой топорик, провел пальцем по лезвию и одобрительно покивал. Затем перешел к следующей груде и, выдернув из нее палаш, взмахнул им перед собой. Широкое лезвие со свистом разрезало воздух, и вокруг раздались восхищенные возгласы. Он улыбнулся.

– Славная работа, чивдар.

Славная? Зверски уничтожить несколько десятков молодых людей?

Комизар бросил изогнутый клинок обратно и перешел к следующей тачке.

– А это что такое? – он потянул за кожаный ремень. Перевязь Вальтера.

Только не он. Кто угодно, но не он. У меня подогнулись колени, а из горла вырвался слабый, еле слышный звук. Комизар повернулся ко мне, поднял перевязь.

– Тиснение просто изумительно, вы не считаете? Взгляните только на эти ветви, – он медленно перебирал ремень пальцами. – А кожа-то до чего гладкая. Такая перевязь подобает принцу крови, верно?

На ходу надевая через плечо перевязь и расправляя ее на груди, он подошел ко

Книга Сердце предательства: отзывы читателей