Закладки

Страж вьюги и я читать онлайн

У меня резерв почти полон, но не откажусь.

В этом сезоне на любимую ягоду магов неурожай, отыскать можно, если далеко зайти в лес, и, по слухам, ее полно на склонах гор уже на территории темных, в Давелии.

Но кто тут попрется? Тем более там есть, кому собирать.

Отойдя на пару шагов, Хельга вернулась и, склонившись к моему плечу, насмешливо шепнула:

– Любопытно, те стражники слышали, как ты отзываешься о новой местной легенде?

Хихикая, она ушла на кухню.

А я осталась сидеть, чувствуя, как зудит между лопатками из-за пристальных взглядов. Как ни хотелось, я не дернулась, не обернулась. Нет, сделаю вид, что не в курсе о присутствии коллег. И как я пропустила их приход? Увлеклась разговором с Хельгой, не иначе. Ух, ведьма. Заморочит голову, а потом сама же и подкалывает.

Впрочем, я не боюсь делиться своим мнением, да и не сказала ничего дурного, чтобы смущаться. И все же узнать, о чем болтают стражи, не откажусь.

Сделав вид, что увлечена сырным пирогом, я кастовала «чуткое ухо». Особенность заклинания такова, что восприятие взрывает мешанина звуков, голосов, из которых нужно вычленить один и сконцентрироваться – тогда беседа слышна, будто сидишь рядом с говорящими.

– …видел, как Хрустальное промерзло? Примета верная.

– Да ладно тебе, зима пришла суровее, чем обычно, но паниковать не стоит. Уже завтра ключи пробьют себе дорогу.

– Не, Седой, они уснули, нам помочь придется, но рыбы все равно будет мало.

– Опять примета, Лютый?

– Ага. Дед сказал: тикать надо. Он мальчонкой был, когда слепой буран на город упал. Говорит, тогда тоже озеро промерзло, сковав ключи…

Слепым местные называли бура века. В хрониках он описан, как сплошной снегопад, в котором не увидишь собственную руку.

Так, беседа интересная, но я ищу другую.

Я постаралась отстраниться от артельщиков, обменивающихся новостями, и прислушалась к разговорам остальных посетителей трактира.

– …богиня, какие у нее красивые волосы! – восхищенно протянул бархатно-мягкий голос. – Толстая коса до пояса… а цвет и вовсе потрясающий. Светло-пепельный – прям мечта!

Может, в трактире и есть еще пепельные блондинки с косой, но, кажется, это обо мне?

Не удержавшись, я чуть повернула голову – слева сидели две незнакомые темноволосые девицы в дорогой одежде и бесцеремонно пялились в мою сторону.

– Судя по штанам и короткой рыже-серой курточке из меха фурра, она магичка, – откликнулась вторая брюнетка. – А раз магичка, то волосы – не ее заслуга, а специальных зелий.

Я улыбнулась: смешные, верят, что одаренные девушки не могут быть симпатичными от природы.

А пепельный цвет волос… что ж, я могу поделиться рецептом его приобретения.

Всего лишь нужно во время практики остаться ночью в лесу с раненым напарником, чтобы твой энергетический щит пробовали на зуб умертвия, а преподаватель не спешил на помощь. К утру, когда от резерва одни ошметки, хочешь не хочешь, а поседеешь. Вот и весь секрет светло-пепельного цвета волос. Повезло, что у меня глаза синие, кожа нежная и ровная, иначе в свои двадцать два я выглядела бы, как старушка, а так ничего, в зеркале себе нравлюсь.

Девицы перемывали кости слишком смелым магичкам, которые возомнили себя равными мужчинам, но при этом даже дом вести не умели, только заклинаниями швыряться.

Какие же забавные слухи ходят. Я и не подозревала.

Повеселившись над недалекими сплетницами, обратила внимание на другую пару посетителей.

– … новая танцовщица у Кастаноса красивая и похожа на куколку, так бы и затискал.

– Вольмар, да ты влюбился! – загоготал второй мужчина. – Где там красота? Она же тощая, что та кляча, на которой весной приехал новый жрец!

– Угу, видел бы ты кобылку сейчас – отъелась за лето и осень. Хорошо служится в нашем храме ее хозяину.

– А то. Народ у нас щедрый.

– Это да, – согласился Вольмар, – за удачу приплатить не грех. На днях пойду искать уршилевую жилу на востоке от Костяного перевала.

– С ума сошел – переться прямиком в аномалию?!

– А что делать? Долги возвращать Кастаносу надо, да и не стану я приближаться к иллюзорному замку.

Разговор старателей любопытен: в наших краях давно не находили драгоценный уршиль, который используют, как блокиратор магии. И то, что за ним Вольмар пойдет в гиблое место, прискорбно, но он человек взрослый, знает, куда лезет.

– Ну да, ты же не дурак, как покойный Эйк, который поперся прямо к ледяной королеве в гости, – пьяно рассмеялся второй старатель.

А я дернулась, услышав свою фамилию… фамилию отца.

Злость на говорившего накатила давящей волной. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы сдержать острое желание вывернуть на голову хохмача кувшин брусничного морса.

Нет, я не стану ссориться с незнакомым старателем. Буду честной: рыдая, я и сама не раз называла папу дураком, который, погнавшись за славой и богатством, рискнул своей жизнью.

Боги мои… Думай отец о нас с мамой, не полез бы туда, откуда не возвращаются…

Весной исполнится четыре года, как он пропал. Что Эрслан Эйк жив и просто затерялся в аномальных районах гор, уже никто не верил, кроме меня и, возможно, еще Хельги, которая любила его безответно много лет.

Так, не расслабляться. Надо слушать, о чем болтают.

Но как ни старалась, знакомых голосов или хотя бы тем, на которые могут разговаривать стражи крепости, не услышала.

Я обернулась и осмотрела зал открыто – и поняла, что Хельга обманула, моих коллег здесь нет. За шуточку я попеняла, когда она вернулась с пиалами, доверху заполненными ягодами ки, блестевшими в свете магламп.

– Зато ты взбодрилась и перестала нести чушь о ?росте, – возразила подруга ехидно.

– Не знала, что тебе нравятся неотесанные, грубые боевики. – Меня задело, как она обозвала мое мнение о маге.

– Неотесанные? Судишь, не пообщавшись с ним нормально и пяти минут? Да ты гордячка, Иза! – возмутилась Хельга.

Чтобы не сказать ещё что-нибудь лишнее, я принялась есть горные ягоды.

Сладкие, сочные и ароматные, они ускоряли наполнение резерва, но хранились до обидного недолго. А те, что вырастали в теплицах, хоть и не теряли чудесных свойств, но почему-то были кислыми до ужаса. Не устаю удивляться особенности ки, она действительно уникальна, дар богов людям.

Хельга смерила меня понимающим взглядом и вынесла вердикт:

– Бесишься, потому что тебе Фрост понравился. – Она подмигнула. – И я понимаю, и одобряю твой выбор. Фрост – хороший образчик истинного защитника, матерый волчара. Будь мое сердце свободным, я бы к нему присмотрелась сама.

Я успела съесть достаточно ки, чтобы подобреть, и заявление подруги уже не возмущало. Хочется ей меня поддевать, ладно, потерплю – это же Хельга, ей иногда можно.

– Думай, что хочешь, – разрешила я.

Вдобавок, если начну возражать, оправдываться, подруга поверит в свою же выдумку.

Когда резерв полон, а ки ешь много, она пьянит, как игристое вино. Но при этом утром не будет похмелья и прочих последствий. Ну, разве что сразу нападает внезапная болтливость и безудержная любознательность, перед которыми пасует стыдливость.

Сегодня они вредны, как никогда раньше…

– Хельга! – не вытерпела я.

– А? – Оторвалась подруга от полезного десерта.

– Он же бородатый!

Она думала о чем-то своем и не поняла вопрос:

– Кто?

– ?рост. Там же щетина, как половина фаланги моего мизинца. – Я помахала перед носом подруги рукой с тремя кольцами-накопителями и обратила внимание, что кожа слегка обветрилась.

Шмырев мороз… Пока жила в столице, я успела забыть, сколько крема для рук уходит зимой. Надо заглянуть к зельевару, обновить запасы.

– И что?

Удивление Хельги выглядело неподдельным. Неужели только меня волнуют подобные моменты?

Я засмущалась и, уткнувшись взглядом в темно-оранжевые ягоды, спросила тихо, почти шепотом:

– Целоваться-то как?

Вовремя я подняла голову – уголки бледных губ дрогнули, словно хозяйка трактира хотела рассмеяться и с трудом сдержалась.

– Думаю, не хуже, чем с гладко выбритым мужчиной. Ты же не с бородой будешь целоваться, правильно?

– Я вообще с бородатым целоваться не буду.

Хельга вскинула тонкие брови.

– Тогда почему спрашиваешь, Иза?

Когда переполняет магия, тело легкое, настроение легкомысленное, а голова пустая… и глупая-глупая. А язык – предатель! – болтает без устали.

– Занятно просто. Слышала, что мужчина, который не бреется, не уважает свою любимую.

– Не уважает тот, который бреется плохо и оставляет у девушки раздражение на подбородке.

Раньше, когда Хельга напоминала о давнем случае, я смущалась, теперь же рассердилась. Не на нее, на Йохана, который украл у меня первый поцелуй, оставив вместо приятных воспоминаний заметные царапинки на лице.

Он поцеловал, поздравляя с удачно завершенным первым курсом и объявляя, что отныне мы пара. Сейчас и не скажу, чего было больше: восторга, что парень, который давно нравился, стал моим женихом, или разочарования, что поцелуй оказался не волшебным, а колючим.

К счастью, его последствия, то есть красные пятна на подбородке, вмиг убрал крем, который посоветовала Хельга. На тот момент я и не подозревала, что вскоре случится несчастье, и она окажется единственной, кто поддержит и постепенно станет близкой подругой. Та самая соседка, которая смотрела на моего отца больным взглядом и на которую я недобро косилась, опасаясь, что она попытается разрушить семейное счастье моих родителей, стала моей главной опорой.

Я сдавала летнюю сессию второго курса, когда отец, опытный маг-землевик, исчез.

Ушел в горы в одиночку выискивать новые месторождения драгоценных камней – и пропал. Когда не вернулся через неделю, мама забеспокоилась. Поиск длился недолго – через пару дней группа следопытов наткнулась на последнюю стоянку неподалеку от входа в гиблое место. Следов борьбы не обнаружили, отец просто исчез, а значит, по мнению большинства, поддался наваждению и сгинул.

Если бы со мной связались, лорд Йохенссельский, невероятный человек и ректор моего университета, не отказал бы в помощи, дал бы лучшего мага-искателя. И я бы нашла папу по горячим следам. Я чувствовала, что он жив. Сейчас же, спустя почти четыре года, надежда едва тлела в душе.

Наверное, до конца я не сумела простить маму, ждущую окончания сессии, чтобы сообщить мне дурные новости. Как и то, что она сразу поверила в смерть мужа, а горе быстро


Книга Страж вьюги и я: отзывы читателей