Закладки

Трудный ребенок читать онлайн

абсурда захватило сразу после ухода Тана и отпускать не торопилось. Возникло непреодолимое желание разбудить Лину. Вдвоем все же не так страшно ночью в доме, когда снаружи бродят мертвые, пусть даже атли.

Хватит, одернула я себя. Все будет хорошо. Необходимо уметь доводить начатое до конца. Нужно просто успокоиться.

Поднялась наверх, вошла в комнату Глеба. В боковом кармане сумки нашла начатую пачку сигарет, вышла на балкон.

Небо затянуло тяжелыми тучами, моросил мелкий дождь. Освещался лишь подъездной путь – остальная часть двора погрузилась во тьму, и от этого было немного жутко. Воздух постепенно остывал после дневной жары. Ветра не было. Тишина стояла такая, что шумело в ушах.

Я затянулась сладким дымом. Раз. Еще раз. Голова тут же закружилась, по коже поползли приятные мурашки, руки перестали трястись. Я не курила со дня ритуала, а это было так давно...

Какой жуткой стала моя жизнь! Нет, признайся себе, Полина, она такая уже давно. Удивительно, что ты еще не сошла с ума.

В кармане завибрировал мобильный, и я вздрогнула. Черт, ну кому не спится – звонить так поздно?!

На экране зловеще высветилось: «Влад». Мое спокойствие тут же улетучилось. Он что, чувствует? И как говорить с ним сейчас, когда с минуты на минуту восстанут умершие полгода назад атли? Как не выдать себя – у меня, наверное, все внутри трясется? Да я и двух слов не свяжу.

Хотела малодушно не взять трубку – могу ведь сказать потом, что забыла телефон внизу или банально спала. А потом передумала. Он будет волноваться, мы ведь тут одни. Я и так сговорилась за его спиной с Таном, заставлять его переживать не хватило наглости.

– Привет, – сказала тихо и подкурила еще одну сигарету. Сегодня можно – не каждый день Чернокнижники с помощью некромантии поднимают из мертвых дорогих тебе людей.

– У тебя все нормально? – спросил Влад. В голосе послышалось волнение, и мне стало еще хуже.

Да что же это такое? Интуиция? Или на мне эмоциональный жучок? Если пойдут такие откровенные вопросы, я точно не смогу соврать – и так на грани.

– Да, а почему ты спрашиваешь? – как можно спокойнее ответила я.

– Тревожно за вас. И Ларе не могу дозвониться.

– Спит, наверное.

Странно, что я решила умолчать об отсутствии защитницы в доме. Хотя Влад, наверное, и так знает. Лара не стала бы врать вождю. Не то, что я...

– Извини, что разбудил. Просто хотел убедиться, что все в порядке.

– Все в порядке, – сказала я, и на последнем слоге голос сорвался. – Как там Лондон?

– Очень красивый город, зря не поехала. – Казалось, Влад расслабился и теперь говорил спокойно и уверенно. Даже немного насмешливо.

– Я так не думаю, – пробормотала я, подумав о том, что произошло сегодня.

– Ну хорошо, отдыхай. Обещаю не задерживаться надолго. – И повесил трубку.

Я тут же испытала невероятное облегчение. Сейчас, когда Влад был далеко, в неведении, у меня осталось несколько спокойных дней. Как только он узнает о моем сговоре с Таном, жизнь превратится в ад.

Часы не телефоне показывали пять минут первого. Я прислушалась. Напрягла каждый мускул и замерла, чтобы не пропустить ни единого шороха, ни единого звука.

Двор атли дышал тишиной. Даже ветер не шелестел листвой и затаился вместе со мной в ожидании чуда. Чуда не происходило.

Так и с ума можно сойти! Сидеть, ждать неизвестно чего. Тан выкопал атли из могил, и если они не встанут, мои дальнейшие лишения окажутся напрасными. Но даже не в этом дело... Надежда – последняя из последних, которую я столько дней лелеяла, разобьется, и не останется ничего. Мне придется проститься с ними навсегда.

Прощаться не хотелось. Я поняла, что все это время – с того самого дня, как смогла вставать после истощения – думала, что они уехали далеко. Плакала, горевала, но слово «мертвы» было безликим, несущественным. Я не верила в их смерть. Не готова была принять ее. Но сегодня...

Прижимая к груди радионяню, спустилась вниз. Закрытая дверь олицетворяла гробовое молчание, и я впервые за сегодняшний вечер ощутила себя одинокой. Испуганной. Заигравшейся в бога маленькой девочкой.

– Прошу-прошу-прошу... – прошептала, обращаясь непонятно к кому. Я не верила в богов, сотворивших Первых.

Прохладный ночной воздух щекотал лицо, пахло жасмином и розами. Дождь закончился, меня окутала прохлада и свежесть. На крыльце стоять было невероятно хорошо, ступать в темноту вовсе не хотелось, но я заставила себя сделать шаг. Еще один. И еще.

Мне нужно знать. Нужно видеть.

На заднем дворе было темно. Ну что за временное отключение мозгов? Почему я не взяла фонарик?

Пробираться пришлось на ощупь, по памяти воссоздавая ландшафт. Но делая очередной шаг, я лишилась опоры под ногами, потеряла равновесие и полетела вниз.

Мысли в голове несколько раз кувыркнулись, я ударилась лбом, расшибла колени и, казалось, сломала руку – такой сильной была боль в предплечье.

Чертов колдун, не удосужился закопать ямы! Больно-то как! Я сцепила зубы, чтобы не закричать, прижала к груди ушибленную руку.

Сидела на корточках минуты две. Злость на Тана прошла так же быстро, как и накатила. Это был наш план – общий. Чернокнижник свою работу сделал, остальное за мной.

Я осторожно поднялась. Удивительно, насколько глубокой была могила – до края еле достаю. Ну, и как теперь выбираться, умница?

И тут я с ужасом поняла, что потеряла радионяню. Телефон оставила в комнате Глеба, Лина спит, Кира может проснуться в любую секунду, а я тут сижу в могилке. Замечательно! Злость вернулась – на этот раз на себя, любимую. Какого черта я сюда вообще пошла? В темноту, без фонарика, смотреть на полусгнившие останки атли. От этой мысли стало дурно, и я подавила тошноту.

Впрочем, запахов разложения не ощущалось, значит, изъеденной червями плоти поблизости нет.

– Черт! – сказала я себе. – Что же теперь делать?

– Полина, – произнес кто-то шепотом, – это ты?

А вот это было уже страшно. Я замерла, прижалась спиной к стенке ямы и тщательно всматривалась вверх – туда, где на фоне ночного неба маячила темная мужская фигура.

– Поля?

В отголосках собственного страха я уловила еле различимые знакомые нотки.

– К...кирилл?

– Тише, – шикнул мужчина. – Давай, вытащу тебя оттуда.

Я машинально протянула здоровую руку, ухватилась, и через пару секунд уже была наверху.

– Держи, ты уронила.

Кирилл протянул радионяню. Действительно он. Живой. Настоящий...

Я всхлипнула, вцепилась в рукав его измазанной в земле рубашки, словно он мог исчезнуть, раствориться в воздухе.

– Кирилл...

– Ну, все, не плачь. – Мужчина прижал меня к себе. Я размазывала по лицу слезы, наверняка грязные, ведь руки были испачканы влажной почвой.

Плевать на грязь! Тан сдержал слово. Они вернулись. Атли, которых я любила, которых так и не смогла отпустить.

– Нужно бежать! – порывисто произнес Кирилл и потянул меня за собой.

– Куда бежать? – растерялась я. Плохие мысли налетели роем. А что если он помутился рассудком? Или другие атли вернулись не такими, а как в фильмах ужасов – бездушными монстрами?

– Охотник, Полина. Он здесь!

Охотник? Рихар? Да ну бред! Тан не подставил бы меня так! Или вот они – подводные камни?

– Охотник? – пересохшими от страха губами спросила я.

– Древний, – подтвердил Кирилл, и рванул меня вперед.

– Осторожнее, – прошептала я. – Здесь ямы.

Пробирались мы почти ползком, трогая почву под ногами. Мне приходилось поддерживать ушибленную руку, но отставать от Кирилла не хотелось. Не останавливаясь и постоянно оглядываясь, он порывисто спросил:

– Наши в доме?

– Лина и Кира. Лара где-то в городе. Влад уехал в Лондон.

– Постой, как в Лондон? Когда? А Глеб?

– Я думала он здесь, с тобой...

И тут я поняла. Осознала. Дыхание перехватило – то ли от страха, то ли от волнения. Захотелось остановиться, сесть и плакать. Я реально маленькая еще для всего этого. Не хочу, не буду!..

Темно, страшно, неотвратимо. Нет, не заставляйте снова все это переживать!

– Полька, ну ты чего? Вставай, нужно идти. Слышишь?

Кирилл гладил по голове, а я сидела на земле, вся измазанная в грязи и ревела. Навзрыд. От безысходности. Напряжение схлынуло, и осталась горечь, которую я прятала все эти месяцы за напускным спокойствием и смирением. Жадно поддабриваемая страхом, она ослабляла меня, разлагала изнутри. И я поняла, насколько устала.

– Нужно идти. Тут охотник. Древний. Тот, что убил Филиппа, – уговаривал Кирилл. – Поднимайся.

– Кто убил Филиппа? – услышала я низкий голос жреца атли.

Подняла глаза.

– Фил...

– Вы чего тут все грязные? Что происходит?

– Ты жив! – радостно выдохнул Кирилл, обнял брата.

Они при жизни так никогда себя не вели. Нашли время и место – обниматься! Что происходит вообще? Я запуталась...

Есть охотник или нет? Воскресил ли Тан и его, чтобы нам не сладко жилось? Одно радовало: если и так, то древний меня убьет непременно и не придется исполнять свою часть договора. Я поморщилась. Нет уж, перспектива та еще. Нужно выбираться. Бороться. Я не для того сговаривалась с врагом, чтобы просто так сдаться!

– Где наши? Остальные? – встрепенулась я и утерла слезы. – Глеб, Оля, Рита?

Повернулась к Кириллу.

– Рихар... охотник – где ты видел его? И когда в последний раз?

– У входа. Вечером. Он убил Филиппа, и я...

Я облегченно выдохнула, расслабилась. Поднялась на ноги и отряхнулась. Хотя бесполезно – измазалась вся, наверное, и в волосах грязь.

– Кир, это было осенью, – сказала ласково, стараясь успокоить лекаря атли. – Древний мертв. Никто не придет, чтобы навредить нам. – Перед глазами тут же встали безумный черный взгляд колдуна после ритуала, и я добавила: – Ну, или почти никто...

– Идем в дом. Примем душ, и ты объяснишь, наконец, что тут происходит, – подытожил Филипп. – Последнее, что я помню – рыжего охотника у нас на парковке.

До тропинки к дому мы добрались без приключений. А на крыльце застали Лину – она заламывала руки и металась туда-сюда.

– Поля! – Увидев меня, деторожденная оживилась,



Книга Трудный ребенок: отзывы читателей