Закладки

На расстоянии любви читать онлайн

сына увижу…

— Так он и будет с тобой общаться!..

Пока Трофим вставал и надевал брюки, собираясь наказать ее за дерзость, Соня выскочила из дома, пронеслась по саду мимо отца и исчезла. Только калитка осталась открытой да ветерок донес слабый запах ее духов.

Трофим вышел на крыльцо, взглянул на щедрое солнце, заливающее сад, прищурился.

— Доброе утро, зятек!

Дядя Володя встал рядом, плечо к плечу.

— Что-то подозрительно тихо у вас ночью было. Не сдюжил?

Трофим рассмеялся. Что сделать в первую очередь, отругать старика за пронырливость или поблагодарить за поддержку? Если бы не упрямство дяди Володи, у него бы не хватило смелости предложить Соне снова жить вместе. А тут, как бы "под давлением" родителей, может, что-то и выйдет. Соня отцу противостоять не умела никогда.

— Видать, утро у тебя бодрое получилось! — продолжил тот, кивнув на пылающие щеки Трофима. — За дело или как?

— Или, дядя Володя. Пусть, зато внимание обратила.

— Щек не хватит.

— Хватит!

— А с рукой-то что?

Трофим развязал бинт, посмотрел на вспухший след от пореза.

— Не разошелся с цветами на подоконнике.

— Понятно.

Странная она, деревенская жизнь, словно и не идет, а стоит на месте. Отвык он от этого.

Трофим легко сбежал с крыльца, скинул рубашку, приноровился к топору. Поправил стоящее на чурбаке полено и расколол его пополам с первого раза. Сухие деревяшки с глухим стуком отлетели в стороны.

— Кхе-кхе, — усмехнулся Сонин отец, — силен мужик. Значит, дело пойдет. Видать, помогает твой фитнес. А мне вот этот топор — тоже как фитнес.

Трофим отложил топор, потянулся за рубашкой, но надевать не стал, бросил на плечо. В кармане брюк зазвонил сотовый. Он почти забыл о его существовании! Никто не дергает, не теребит, не надо бежать, выискивать короткие пути и объезды, пытаясь куда-то приехать вовремя. Здесь он всегда на месте, на своем месте.

На экране высветилось Викино имя. Вот с кем разговаривать ему не к спеху.

Сотовый был отключен и отправлен в бессрочную ссылку в карман.

— Как думаете, Владимир Кузьмич, куда она могла пойти?

— Так с утра куда?.. К Зойке, на реку — она любит туда ходить. Особенно на одно место. Сядет на камни, подтянет колени, лицом уткнется — то ли плачет, то ли нет. И смотреть тяжко, и подойти — спугнешь. Тоску иной раз одиночество только снять и может.

Неужели она ходит на их место?.. Вернее, сначала это было только его место. Он приходил туда побыть в одиночестве, потом к нему присоединилась Соня. Она обычно садилась за ним, ложилась щекой на его спину и молчала. Тогда ему казалось, что он думал об Ане, а на самом деле — слушал Сонино дыхание.

— Ну, Владимир Кузьмич, если она там… — Трофим почувствовал прилив бодрости, словно все проблемы уже решены и он снова победитель, — …обещаю тайком купить вам самых лучших сигарет!

Тот хрипло засмеялся.

— Да зачем они мне? Это я курил с тобой за компанию.

— Тогда хотите настоящее французское вино времен Наполеона? Мне французы подарили.

— Да я лучше нашей наливки или, вон, самогону. Ну и чего ты еще тут торчишь? Только переоделся бы сначала…

А что с его одеждой не так?

Трофим перевел взгляд на брюки. Ах да, он же вчера кувыркнулся на кучу земли из цветочных горшков.

Отыскать в вещах джинсы… сколько их не надевал? ушла пара минут. Белая футболка, легкие спортивные туфли. Причесаться… Расчески Трофим не нашел, пригладил волосы пятерней. Взглянул в зеркало, хмыкнул: можно приударить за красивой женщиной!

Сонин отец оценил его наряд по-своему:

— Может, за деревенского и сойдешь.

— Так я и есть деревенский!

Дядя Володя кивнул на забор:

— А вот там стоит твой деревенский рыдван. Даже названия прочитать не смог, очки я-то надел, да толку чуть.

— "Тойота", Владимир Кузьмич.

— Вот… деревенский. Потом покатаешь нас с матерью. А теперь — иди. Вдруг ждет?..

Трофим очень на это надеялся.





ГЛАВА 23

Ты победил




Добежав до дороги, убедившись, что Трофим все-таки за ней не пошел, Соня перевела дух. Встала под тень старого клена и обмахивалась носовым платком. Что о ней подумают соседи, если увидят в таком состоянии? Бежала, словно лет десять с плеч скинула, сердце бьется как ненормальное. Принесло Трофима на ее голову! Она надеялась, что они встретятся как взрослые люди, пережившие близкие отношения. Были отношения и сплыли, нет ни близких — никаких!

Когда увидела его на крыльце рядом с отцом, чуть не повернула назад. Заставила себя подойти, поздороваться и… не обращать внимания. Ну, сидит он себе и сидит. Только не рождена она для этого! Внутри тут же вспыхнуло, завертело, забурлило — оставалось удивляться, что это слышит только она. Жаль, что Трофим почти не изменился, не потолстел до безобразия, не полысел, не носит пирсинг в носу, ушах… Все было то же самое — уши, нос, глаза, губы, пальцы, в которых дрожала сигарета.

Она разозлилась — не на отца, выпившего рюмочку-другую, а на себя, на свою бабью реакцию. Слюни распустила, губы раскатала, груди мгновенно отяжелели…

Соня замахала платком активнее, только не помогало. Хорошо, что до Зойки она почти дошла. У нее можно передохнуть и попить холодной водички.

— Проходи! — замахала Зойка, увидев ее из окна дома. — Извини, что я тут стряпаю. Митьке с ребятами обед готовлю. На рыбалку ушли. Придут теперь голодные. Посидим в саду?

Соне было безразлично, где и как, хоть повалиться в траву.

— Ты чего такая распаленная? — Зойка подвязала платок и принялась чистить картошку.

— Трофим приехал.

— Да ты что?

Кожура с картошки плюхнулась в чистую воду.

— Пришлось попросить отца вызвать его из-за тети Вали. Вдруг что… Да и они поссорились из-за меня. Столько лет душа болела. Теперь помирятся — и мне легче будет.

Обед был забыт. Зойка отложила нож, села на скамейку и ерзала на месте от нетерпения.

— И это все?..

— Зой… ты еще! Мне и так не по себе! Думала, буду смотреть на него, как на случайно забредшего мужика…

— Не получилось? — шепотом переспросила Зойка.

Соня покачала головой.

— Тут вот все сжало…

Ладонь легла на сердце, которое никак не хотело успокаиваться.

— Он жил в свое удовольствие все эти годы, не пропускал ни одну юбку, бросил сына, а теперь приезжает и полагает, что ему здесь все постелено… Самое смешное, что ночью мы спали в одной постели.

Рот Зойки медленно открылся и округлился, словно она собиралась запихать целиком бублик.

— Ой, вы даете!.. И как?..

— А вот никак!

Соня почувствовала почти удовлетворение, изумив подругу второй раз подряд:

— Ты ему отказала?

— Не веришь? Трофим тоже не поверил.

Никаких умных советов Зойка дать не могла. Соня посидела у нее еще немного и распрощалась. Где найти успокоение, если не там, где все началось?..

Она прошла по берегу, вглядываясь в ровную поверхность реки — течение сегодня было слабое. Спустилась по тропинке, скинула босоножки и зашла в воду сначала по щиколотку, потом почти по колено. Платье намокло, отяжелело, но на солнце все быстро просохнет. Зато по телу разлилась прохлада. Был бы на ней купальник — с удовольствием поныряла бы, но и так сойдет.

Когда кожа покрылась от холода мурашками, она вернулась на берег. Хотела пойти на камни, но поняла, что Трофим найдет ее там — а он непременно будет искать. Куда же ей идти еще? Только туда, где все это началось! Кабы знать тогда, что она бегает вовсе не за тем, чтобы рассказать Трохе о невнимании Борьки. Нет! Она бегала потому, что ей было хорошо с ним. Нравилось молчание, тишина, нравилось сидеть, слушая биение его сердца и ощущая дыхание. Наверное, она просто боялась признаться самой себе, что может быть так сильно, надолго, навсегда.

Если б вернуть те дни… она все повторила бы снова.

— Соня!..

С берега махал розой Виталий. Его сейчас не хватало!

Она поднялась на ноги, отряхнула песок с ног, едва не застонала: со стороны тропинки шел Трофим. Отыскал и здесь!.. В муравейнике не спрячешься.

Соня переводила взгляд с одного мужчины на другого, не зная, в какую сторону бежать. Кого куда уводить? Да гори огнем! Все равно небо рухнет на ее голову.

Виталий добрался до нее первым, подарил розу, привычно потянулся к щеке.

— Виталий, не сейчас.

— Что случилось? — напрягся он, заметив краем глаза Трофима. — Кто это?

Соня теребила в руках платок. Подошел Трофим, и ее как кипятком обварило. Это только начало!

— Познакомь нас. Хочу узнать, кто дарит цветы моей жене.

Виталий отстранился, взглянул на Трофима с улыбкой:

— Соня, это твой муж? Очень рад, что вы наконец появились.

Он протянул Трофиму руку, но тот ее проигнорировал.

Трофим расставил ноги, засунул кулаки карманы — бойцовская стойка, он когда-то начинал так драться. На всякий случай Соня придвинулась к Виталию.

— Чем же вас так обрадовало мое появление?

— Вы же приехали за разводом? — Виталий расслабленно взял Соню под локоть. — Вы собираетесь жениться снова, я хочу сделать предложение Соне.

Интересно, сколько шрамов останется на теле после взглядов Трофима?

— И она дала свое согласие?

— Даст. Ей мешал ваш брак.

По губам Трофима пробежала улыбка.

— Штамп в паспорте любящую женщину не остановит. Вы спрашивали, любит она вас или нет?

Соня попала под перекрестные взгляды рассерженных мужчин. Песок под ногами плавился!

— Вот сейчас и спросим! — Виталий повернулся в ее сторону, встал на колено и выпалил: — Соня, выходи за меня замуж!

Трофим обошел его стороной, обхватил ее за плечи и не дал ей скинуть руку.

— Картинка хорошая, но забыли кое-что!

— Что? — нахмурился Виталий.

— Сказать, что любите ее!

— Она и так знает, правда, дорогая? — Виталий поднялся с колен и принялся отряхивать брюки: — Разве я тебе этого не говорил?

Рваться было бесполезно: рука Трофима не давала шевельнуться. Соня ломала розу на мелкие части, роняя их под ноги. Что они от нее хотят?

— Соня…

Она начала вздрагивать от собственного имени!

— Виталий, отложим разговор на другой раз.

Обычно он прислушивался к

Книга На расстоянии любви: отзывы читателей