Закладки

Разбивая волны читать онлайн

проволоки и инструментами. Немного подумав, я добавила к ним свое портфолио. Тут мне пришло в голову, что контрольные работы моих студентов, которые я должна была оценить, так и лежат в машине, но я решила, что возьму их с собой к бабушке, выставлю оценки и перешлю в колледж по электронной почте. Зачем мне контрольные работы, зачем инструменты и материалы, я представляла плохо, но, должно быть, инстинктивно я поняла, что привычная, рутинная работа поможет мне отвлечься от мрачных предчувствий и поможет убедить себя и Кэсси в том, что наша с ней жизнь идет совершенно нормально и ничего страшного с нами случиться не может.

Главным образом мне, конечно, хотелось заставить себя поверить, что на этот раз пророчество Кэсси не сбудется.

А вдруг я и в самом деле умру?

Нет!!!

Схватив в охапку коробки со стекляшками и инструментами, я чуть ли не бегом вернулась в коридор и едва не столкнулась с Кэсси, которая, всхлипывая, теребила мягкое ухо Банни. Ее щеки блестели от слез, отчего при свете ламп дневного света лицо девочки казалось фарфоровым, как у куклы.

– Кэсси! – воскликнула я и, выпустив из рук коробки, опустилась перед ней на колени. – Не плачь, Русалочка! Пожалуйста, не плачь!

– Не бросай меня! – Слезы из ее глаз хлынули полноводным потоком. – Не оставляй меня одну!

– Я никуда не уйду, обещаю! – сказала я так убедительно, как только смогла.

– Но я видела… – Рыдание помешало ей закончить.

– Что ты видела? – спросила я. – Ты сказала – я задохнулась… Как это произошло? Почему?!

Рот Кэсси беспомощно перекосился, худенькие плечи поднялись и опустились.

– Не знаю.

Однажды она сказала, что ее пророчества напоминают музыкальные клипы – картинки, которые мелькают перед глазами с калейдоскопической быстротой, поэтому с первого-второго раза ей удавалось уловить лишь, так сказать, общую идею. Детали проявлялись позднее. С другой стороны, что-то должно было спровоцировать сегодняшнее, самое первое видение! Я напрягла память, пытаясь вспомнить, что же я делала перед тем, как Кэсси закричала от страха, поняв, что я могу задохнуться. Моя рубашка все еще была мокрой и неприятно холодила кожу, поэтому в первую очередь я подумала о разбрызгивателях – об их тугих струйках, которые били мне в лицо, в рот, в глаза. В одно мгновение я промокла до нитки, и…

Вода, поняла я. Может, дело в ней?

Машинально я посмотрела на контейнеры с «морским стеклом». Ну конечно, подумала я с упавшим сердцем. Океан. Мой второй дом. Неужели?..

– Так ты думаешь… – неуверенно начала я. В горле моментально встал комок, я несколько раз сглотнула и только после этого смогла продолжить: – Ты думаешь – я могу утонуть? Поэтому я не смогу дышать?

– Наверное, – нерешительно проговорила Кэсси. На мгновение ее взгляд стал чужим, обращенным куда-то внутрь себя, но уже в следующую секунду глаза Кэсс вспыхнули, как два светляка ночной порой. – Да, да! – Она быстро закивала. – Ты правильно догадалась, мамочка. Ты можешь утонуть!

– Ну тогда все в порядке, – проговорила я. – То есть я хотела сказать – если ты действительно видела, как я тону, а я уверена, что тебе привиделось именно это, тогда мы постараемся что-нибудь придумать, чтобы этого избежать. Милая моя, как же ты меня напугала!.. – Я легко коснулась ее рук, плеч, потом прижала ладони к ее щекам. – Кроме того, – добавила я, – твои способности проявились совсем недавно. У тебя было всего несколько видений, и то, что все они сбылись, вовсе не означает, что это должно происходить каждый раз. Ты могла ошибиться!

Прикусив нижнюю губу, Кэсси снова принялась терзать ухо крольчихи.

– Помнишь, ты говорила, что должна обязательно предупредить Грейс об опасности? Ты считала, что с ней не случится ничего страшного, если она перестанет ездить в школу на велосипеде. Так вот, я буду держаться как можно дальше от воды и не утону! Как тебе такой план?

– Я не… – Кэсси икнула. – Я не знаю!

– Послушай меня, Кэсси! Я не утону, обещаю!

На этот раз мои слова, по-видимому, прозвучали достаточно убедительно. Я действительно не могла позволить себе задохнуться, утонуть или умереть каким-нибудь другим способом. Мне нужно было заботиться о дочери, ведь, кроме меня, у нее никого не было. На бабушку Мэри рассчитывать не стоило – ей было уже за семьдесят, а это, по моему глубокому убеждению, было слишком много, чтобы успеть вырастить и поставить на ноги ребенка, которому только-только исполнилось восемь. Моя подруга Фиби – крестная Кэсси – тоже не подходила: в прошлом году она развелась с мужем, ее родители умерли, и она с трудом сводила концы с концами. Никаких доходов, за исключением небольшого родительского наследства да алиментов от бывшего мужа, у нее не было, а ведь ей приходилось кормить четверых детей! Фиби надеялась, что этих денег ей хватит до тех пор, пока все четверо не пойдут в школу и она сможет вернуться на работу, и я просто не имела права навязывать ей еще один рот.

Отец Кэсси давно умер, упокой, господи, его мятежную душу, но даже если бы он был жив, я вряд ли могла на него надеяться. Да и сама Кэсси его никогда не видела; для нее он был бы абсолютно чужим человеком.

Обняв дочь, я крепко прижала ее к себе.

– Все будет хорошо, вот увидишь! – пообещала я. – Ну а теперь… – С этими словами я слегка откинула голову назад, чтобы взглянуть Кэсси в глаза, кончиками пальцев отведя прилипшие к ее мокрым щекам волосы. – …А теперь вы с Банни должны сходить к себе в комнату и собрать книжки и игрушки, которые могут вам понадобиться у бабушки. Кстати, не забудь новый альбом для рисования и цветные мелки.

– Ла-адно… – Кэсси поцеловала меня в щеку и, повернувшись, нехотя побрела к дверям своей спальни. Я проводила ее взглядом, а когда она скрылась из виду, закрыла лицо руками.

«Господи Иисусе, что же мне делать?! – спросила я себя и сама же ответила: – Держаться подальше от воды – вот что. В конце концов, я сама обещала это Кэсси».

Тяжело вздохнув, я встала с колен, собрала с пола разбросанные контейнеры и отнесла их в машину.





* * *


Через полчаса сумки и чемоданы были уложены в багажник джипа, и мы тронулись в путь. У бабушки мы не были давно: ей было проще самой приезжать к нам, поскольку Кэсси начала ходить в школу, а мое учебное расписание включало и часть летних месяцев. Надо сказать, что бабушка навещала нас достаточно регулярно, однако в последний раз она приезжала к нам еще до того, как у Кэсси начали проявляться паранормальные способности.

Когда я выехала на шоссе, неожиданно пошел дождь – не сильный, но довольно противный. Хмурое серое небо и дождевая пелена за окнами навевали сон, и Кэсси с каждой минутой зевала все отчаяннее. Вскоре шуршание шин по мокрому асфальту и монотонное поскрипывание скользящих по лобовому стеклу дворников окончательно убаюкали ее, и она заснула.

Кэсси проспала большую часть пути и проснулась, только когда мы въехали в Пасифик-Гроув. За окнами машины мелькали вывески художественных студий и полосатые навесы уличных кафе, мокрую парусину которых надувал резкий океанский ветер. Небольшие уютные лавочки и антикварные магазины по сторонам улиц были мне хорошо знакомы, но ни радости, которую испытываешь, возвращаясь в родные края, ни простого «чувства принадлежности» у меня не возникло. Оно и понятно, ведь я перестала считать Пасифик-Гроув своим домом с тех пор, как двенадцать лет назад уехала отсюда в Лос-Анджелес, чтобы учиться в колледже декоративно-прикладного искусства, да и возвращаться я не собиралась. По-провинциальному уютный и тихий прибрежный городок будил во мне слишком много страхов и сомнений, чтобы я могла чувствовать себя здесь достаточно комфортно. Кроме того, я была уверена, что мое возвращение туда, где прошли детство и юность, может подвергнуть опасности жизнь человека, который когда-то был мне дороже всего на свете.

Вот и сейчас, приехав в Пасифик-Гроув, я не чувствовала ничего, кроме сожалений и острого чувства вины, от которых, как мне казалось, я давным-давно избавилась. Впрочем, справиться с эмоциями мне удалось быстро – для этого достаточно было просто сосредоточиться на том, ради чего я вернулась. Помочь Кэсси и… самой остаться в живых. По сравнению с этим все остальное казалось сущими пустяками.

Глядя в зеркало над лобовым стеклом, я хорошо видела, с каким любопытством моя дочь разглядывает улицы и подступающие к ним дома с аккуратными, ухоженными палисадничками. Дождь прекратился, и я опустила свое стекло, с удовольствием вдыхая солоноватый морской воздух. Еще через пару минут сквозь тучи проглянуло солнышко, и мокрая дорога засверкала, словно бриллиантовая. Но вот мы свернули на улицу, где жила бабушка Мэри, и я увидела впереди темно-синюю гладь залива, протянувшуюся, казалось, до самого горизонта. Это была знакомая и прекрасная картина, и я почувствовала, как от восторга у меня захватило дух. Мне даже пришлось напомнить себе, что я приехала сюда отнюдь не океаном любоваться.

Проехав немного по улице, я припарковала джип у тротуара, где стоял выгоревший от старости бледно-голубой бабушкин «Фольксваген»-«жук». Повернув голову, чтобы взглянуть на дом, я даже ахнула от неожиданности. Вместо ветхого, готового вот-вот развалиться домишки, построенного еще в 1911 году, я увидела превосходно отреставрированный коттедж в викторианском стиле, выкрашенный в сочный темно-вишневый цвет, на фоне которого так и сверкали белоснежные наличники и решетчатые жалюзи. Дом был чем-то похож на гигантское пасхальное яйцо, и я невольно подумала, что без волшебства здесь, пожалуй, не обошлось.

– Бабушка починила домик, – произнесла с заднего сиденья Кэсси. – Он теперь красивый, правда?

– Правда, – согласилась я, все еще потрясенная до глубины души. – И все-таки красить дом в красный цвет – это как-то…

Я смутно


Книга Разбивая волны: отзывы читателей