Закладки

Пусть любить тебя будет больно читать онлайн

но кто тогда думал о биографиях корешей Царя, если жизнь малиной сказочной казалась. Секс, бабки, стволы. Власть немеряная, собственное дело маячило. Сейчас ему казалось, что тогда это была не жизнь, а какой-то марафон в погоне за сукой-удачей. Поймать, отыметь во все дыры, поднять руки повыше и заорать триумфально — я оттрахал эту шлюху первым, а она, юбку одернула и помахала ручкой. Потом на могилы отца с матерью смотрел и понимал, что продажная тварь отворачивается даже от тех, кто исправно платит ей проценты кровью и золотом. Свалила, словно проститутка, которая нашла себе сутенера покруче. Например, такого, как Лешаков Дмитрий Олегович народный депутат автономного округа Н, будущий мер города. Тесть Руслана, мать его.

В кабинете скрипнула дверь, но Руслан даже не обернулся он узнал ее по терпкому запаху духов и шагам. Раздраженно повел плечом.

— Мило, — голос томный, низкий, — изволил и дома появиться.

Плеснул еще водки и снова залпом. Напиться не получалось вот уже несколько дней. Иногда стресс выбивает любое восприятие к алкоголю и чем больше хочется упиться в хлам, тем недостижимей эта идиотская, но такая необходимая цель.

— С утра пораньше Ван Гога стаканами.

— Предлагаешь кокса?

Усмехнулся, зная, что она сейчас зажала переносицу двумя пальцами и задумалась о том, видно ли по ее зрачкам, что уже с утра успела «заправиться топливом для богатых». А ему, Русу, и смотреть ей в глаза не нужно, чтобы почуять смрад разлагающейся сердцевины. И дело не в наркоте, нет, Ларка умная сучка, она если и нюхает, то редко, бережет себя любимую. Но такие всегда отдают мертвечиной, как в морге, а запах ее духов напоминал стойкий и едкий запах формалина.

— Я тебе уже давно ничего не предлагаю.

— А что ты можешь предложить интересного? — ухмыльнулся и посмотрел на нее через стекло — кутается в халат. Красивая, как картинка глянцевая и такая же неживая. Таких «копи пейстов», словно на одной фабрике наштампованных, в богемной столице пачками.

— Можно подумать тебя хоть что-то интересует, Бешеный.

— В тебе? Нет. Не вкусно, пресно, серо.

— Я по делу.

— Естественно.

Усмехнулся и по-прежнему продолжил смотреть в окно на проезжающие автомобили и грязь брызгающую из-под колес. Чем мощнее и шикарнее тачка, тем больше столп вязкой черной жижи разлетается от покрышек. На людей похоже. Чем выше забрались, тем больше вокруг них брызг показушного дерьма и сильнее резонанс от звона пустоты внутри. Ему самому казалось, что его заляпало дерьмом по уши.

— Слышала твоя приехала.

— Правильно слышала, — постучал сигаретой по подоконнику и сунул в рот. Поднес зажигалку.

Лариса не торопилась уходить, а ему хотелось, чтоб свалила и дверь за собой прикрыла поплотнее.

— И что теперь?

— А что теперь?

Поморщился болезненно, скривился, как от зубной боли сильно затянулся сигаретой, пуская дым на запотевшее стекло.

— Она все узнает естественно, — сказала Лариса и приблизилась на пару шагов.

— Не узнает. Завтра домой поедет.

— Так и будет продолжаться? Ты туда жить свалишь снова, а сюда раз в три месяца приезжать?

Резко обернулся и наконец-то посмотрел на молодую женщину. Очень худая с длинными белыми волосами, блестящими, как у куклы. Похожа на одну из супермоделей страдающих латентной анорексией. Дань моде — тарахтеть костями и выглядеть как во время последней стадии туберкулеза, но сиськи силиконовые, чтоб весили больше, чем она вся вместе взятая.

— Когда ты и твой папаша повесили на меня этот брак, вы прекрасно знали, что мне нахрен не нужны: ни ты, ни эта долбаная игра, которую вы затеяли с моим отцом.

— А секс со мной тоже мой отец тебе навязал?

Бешеный криво усмехнулся.

— С таким же успехом у тебя был секс со всеми, кто ошивался в радиусе пары метров, имел связи, бабки и перспективное будущее, пока не появился я — более перспективный для Лешего, чем все остальные кандидаты.

— Никого не было, кроме тебя, — Бешеный засмеялся. В лучших традициях классики жанра.

— Еще скажи, что целкой была и свою невинность мне подарила… Счастливая или несчастливая случайность, когда дочка Лешакова решила скрасить отравленное алкогольными парами одиночество Царева-младшего и забраться к нему в штаны как раз в тот момент, когда ее папе потребовалась поддержка в предвыборной кампании и огромный кредит за бугром.

Снова отвернулся. Санта Барбара, блядь, в стиле мыльных опер.

— Когда отец прикрывал твой зад и вытаскивал тебя из дерьма, а ты отлеживался у нас дома, как на курорте, эта случайность показалась тебе счастливой, разве нет?

— Скорее удобной, Лариса. Для него и для тебя. Ты раздвигала ноги, отсасывала и давала мне во все отверстия вовсе не из великой любви ко мне, а с определенной целью, которую твой отец озвучил ровно после пары месяцев моего пребывания на его даче и в твоей постели.

— Что ты знаешь о любви? — вдруг взвизгнула она, — Ты приезжал раз в полгода, когда отсиживался после очередных тупых косяков и раньше, потрахивал меня периодически, а потом сваливал. Это тоже было удобно. Я может ждала тебя!

— Лариииисааа, я трахал тогда все что шевелиться, носит юбку и имеет дырку между ног, — сделал шаг к ней и схватил за худое плечо, — девочка, не парь мне мозги. Драли тебя все, кто хотели. А ты давала или из любви к искусству, или под парами своего сраного кокаина, потом решила завязывать со всем этим дерьмом и на мне круг замкнулся…

— Скотина, — прошипела ему в лицо.

— Блядь, — спокойно парировал он.

— И тем не менее твоя жена, — прищурившись процедила Лара и повела плечом.

— Ненадолго.

— На столько на сколько будет нужно мне.

— Точнее, на столько на сколько это будет нужно мне, милая.

Она отвернулась и нахмурила тонкие брови. Холеная стерва, чистенькая, ухоженная и умная. Заработали шестеренки. Боится, что Бешеный не блефует. Правильно боится. Планы поменялись. Никакой продажи компании не будет. Ему, Русу, нужна крыша и поддержка и скоро он ее получит.

— Задумалась?

— Да, задумалась, — повернулась и посмотрела Русу в глаза своими светло-голубыми, миндалевидными глазами, — а что скажет твоя Оксана, когда я ей отправлю наше свадебное фото? Что скажет твоя старая кляча, на которую ты молишься, как на святую? Думаешь если мужу рога наставила тебе не наставит? Не боишься возле нее держать молодых охранников, вдруг ей наскучит, и она переключится на кого-то помоложе?

Руслан вдруг сильно сжал тонкую шею женщины. Еще секунда и он мог бы сломать ей шейные позвонки.

— Ты ничего ей не отправишь. Или это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни. И язык прикуси. Еще раз заговоришь о ней в таком тоне — вырву нахрен.

Лариса перехватила его руку за запястье.

— Кишка тонка, Бешеный. Никто ты и звать тебя никак. Пыф! — она сделала жест руками, словно лопались мыльные пузыри, — Пустое место. Нолик без палочки и без Царя ты вообще просто быдло.

Руслан сжал пальцы сильнее, с удовольствием наблюдая как расширились ее глаза:

— Ты ведь не дура, Лара, не зли меня, а то руки марать об тебя раньше не хотелось, — Рус демонстративно вытер пальцы о ее тонкую блузку, — Запомни, милая, говорю последний раз — мне срать на твоего папу, на тебя. Мне по хрен какие дела имел мой отец с твоим. Лариса, — он приставил к ее лбу указательный палец, имитируя дуло пистолета, — будешь мне угрожать или мешать я отстрелю тебе башку. Твои розовые, гламурные мозги будут гармонично смотреться с итальянскими бордовыми обоями. Поняла меня? Я не Царь. Церемониться не умею и не стану.

Она кивнула и судорожно сглотнула, дыхание участилось. Боится. Бешеный перевел взгляд на ее тонкую шею и подумал о том, что напрасно не свернул её год назад, когда обнаружил эту сучку в своей постели, стоящую над ним, пьяным вдрызг, на коленях и усердно поднимающую его член силиконовыми губами.

— А теперь пошла отсюда. Твой папа приехал, видно с быдлом договор заключать. Ты лучше съезди к маме, Лар, так нам с тобой спокойнее будет.

Она скрылась за дверью, а Рус стиснул кулаки и выматерился сквозь зубы. Тварь тупая. Дернуло его отыметь ее пару раз пока отлеживался у Лешакова на даче, раны зализывал и обрастал новым мясом, пока Леший с Царем алиби ему состряпывали и откупы платили кому надо. Пока думал, что Оксана к мужу вернулась… Пока, блядь, не узнал о том, что Руся родилась. Только к тому времени Лариса уже окопалась в его постели.

Отец тогда сам приехал к Русу поговорить, сказал, что надо грешки прикрывать и знать в кого членом тыкать. Трахать дочку народного депутата, а заодно и лучшего друга отца, безнаказанно не получится. Кроме того, им очень выгодно дружить с Лешаковым. Тридцать процентов акций у Лешего, и связи в верхушке ментовской. Руса и отмажет, и прикроет, и кого надо там прикормит, чтоб про Азиата да составы с цистернами забыли. Списали на террористический акт, повесили на «Аль Каиду» и дело с концами. Рус должен думать не только тем что болтается между ног, но и мозгами.

Какими нахрен мозгами если у него крышу снесло от боли и от алкоголя? Он вообще амебой был пару месяцев, потом ползал, согнувшись, по даче в поисках пойла, когда с утра выворачивало, корежило от ломки и не от водки, а от тоски по Оксане. Отец нарочно ничего о ней не говорил, а Рус уже видел перед глазами картинки в которых Оксана вернулась домой и забыла о нем, как о страшном сне.

Разве нужен ей такой, как Руслан? И тут Ларка сучка смотрит как на Бога, чуть что на острые коленки падает и за ширинку тянет, на все готовая подстилка с точеным телом. Ну вставил ей пару раз, чтоб забыться и то Оксаной каждый раз называл, а та



Книга Пусть любить тебя будет больно: отзывы читателей