Закладки

На расстоянии любви читать онлайн

попросит прощения и без слов, жестами, знаками, поцелуями — как взрослая женщина. Пусть он не сомневается — она не ребенок!

За домом тетя Валя развешивала на натянутой между двух деревьев веревке стираное белье — рубашки и футболки Трофима. Соня провела рукой по одной из них, словно впитала в себя его приятный запах и тепло тела.

— Сонечка, проходи! — выглянула из-за белья тетя Валя. — Ты чего запыхалась? Бежала, что ли? Никак опять Калигула сорвался с привязи?

— Это не бык, я сорвалась, — буркнула Соня под нос.

Тетя Валя ее не слышала: она встряхивала белье и перекидывала через веревку, а потом закалывала прищепкой. Выходило это у нее ловко, со сноровкой. Не выдержав, Соня выхватила у нее белье и развесила сама.

— Теть Валь, Трофим дома?

— Дома был. На чердак он ушел: сказал, что настроения нет разговаривать. Я и не лезла. Чего в душу-то лезть? Захочет — сам расскажет. Только понимаю, не мое это дело. Видать, поссорились. Женитесь, а ведете себя, как дети малые! Не так надо делать. С любовью да лаской все большие и малые ссоры сами решатся.

Соня выслушала тетю Валю со смиренным видом.

— Можно мне к нему?

— Иди, конечно. Как же я могу не пустить будущую невестку?..

Соня быстро пошла в дом, пока не сгорела окончательно со стыда.

На чердак из сеней вела приставная лестница. Придерживая подол платья, Соня влезла по ней и толкнула крышку. Не получилось. Значит, Трофим поставил что-то сверху. Кричать и звать на помощь? Это почти унижение…

Она попыталась толкнуть крышку еще, та не шелохнулась. Переступив гордость, Соня стукнула кулачком:

— Трош… Трош, открой. Это я.

Трофим не отвечал, но Соня слышала его шаги. Видимо, он присел рядом с крышкой.

— Хочешь, чтобы я унижалась прямо здесь? Хорошо…

Сверху загремело: Трофим отодвигал груз. Крышка люка открылась, и появилось его недовольное лицо. Длинная челка упала на глаза, скрывая вспыхивающую в них злость.

— Зачем пришла? Мне твоего унижения не надо!

Стоять на лестнице, едва не соскальзывая с перекладины, было неудобно. А тут еще совесть накатила, запылали щеки и губы.

— Я извиниться пришла.

— Извинилась — уходи!

— Я еще не начинала! — возразила она возмущенно. — Можно войти?

— Нельзя! — Трофим присел и смотрел на нее сверху вниз: — Ты же все равно не собираешься выходить за меня замуж.

— Трош, я выйду… Я повзрослею, обещаю!

Соня ждала ответа, наматывая на палец кончики волос.

— Значит, хочешь за меня замуж?

— Хочу! — радостно кивнула она.

— А я не возьму!

Если бы крышка люка прихлопнула ее, эффект был бы куда слабее. Соня в первую секунду растерялась, потом принялась слезать с лестницы. Дрожали ноги, она боялась упасть. Только не сейчас! Слезы не сейчас, потом, подальше от всех. Она получила, что заслужила. Капризного ребенка наказали и лишили сладкого.

Когда ноги коснулись дощатого пола, Соня отдернула руку от лестницы. Трофим догнал ее у двери, схватил за плечи и развернул к себе:

— Сонь, ты чего, поверила? Да я же всего лишь пошутил.

Она подождала, пока перестанут дрожать губы, только потом ответила:

— Дурак!

Но этого показалось мало. Она резко согнула ногу в колене, целясь Трофиму в пах. Попала и сама испугалась, когда он ойкнул и согнулся пополам, прижимая руки к джинсам.

— Ну… Ты… Я сейчас…

— Троша, прости… Я не хотела!

Соня пятилась к двери.

— Хотела, по глазам вижу!..

Трофим понемногу приходил в себя. Когда он придет окончательно и сдерет с нее шкуру, Соня ждать не стала. Она выскочила из дома и стремглав пронеслась мимо тети Вали.

— Сонька, стой! Все равно поймаю!

Трофим, прихрамывая, сбежал со ступенек крыльца и направился следом.

— Оглашенные! Точно жениться вам пора! — крикнула им тетя Валя.





ГЛАВА 7

Я улажу все




Раскинув руки, Соня кружилась на краю поля. На душе было светло и хорошо, как бывает редко. Болели от бега ноги, перед глазами плыли кусты, деревья и облака в небе. Потом небо и земля поменялись местами. Соня упала в колосья пшеницы и затихла.

Она слышала лишь свое дыхание, которое никак не восстанавливалось. Потом закрыла глаза и словно умерла, но только затем, чтобы оказаться в раю. Горячие губы осыпали поцелуями ее лицо, завладели губами, раскрывая их. Она поддалась с радостью, отдала всю себя на милость победителя. Хотя кто был проигравшим, а кто — победил?..

— Моя… Ты только моя!

Запах Трофима она не перепутала бы ни с одним другим. Он снимал с нее платье, торопил, когда она путалась в складках и пуговицах.

Соня расстегивала его джинсы, не переставая целоваться. На колосья летели остатки одежды.

— Ты что? — спросил он, когда она поморщилась.

— Колется…

Трофим дотянулся до одежды и постелил им под спины. Соня легла и потянулась ему навстречу, призывая его руки, перехватывая, сплетая пальцы, целуя их. Она хотела, чтобы он одновременно был везде — целовал, ласкал, сжимал, причиняя сладкую боль, изведанную еще Евой.

— Ты моя маленькая, — шептал Трофим.

— Нет, я — взрослая!

Она собиралась доказать это всеми способами. Пусть он не сомневается, он никогда не пожалеет, что берет ее в жены!

Трофим сдернул с ее волос ленту, распустил их и зарылся лицом с тихим вздохом. Этот вздох подтолкнул ее. Не осталось ни стеснения, ни смущения, ни жеманства — были только она и он, их ждущие нежности тела, желание и жажда обладания друг другом.

— Сонечка, подожди, не спеши!

— Не хочу ждать! Хочу сейчас!..

Ее быстрые пальцы нежно пробежали по груди Трофима, спускаясь все ниже и ниже. Он задохнулся, выгнулся навстречу, все-таки останавливая ее руки:

— Что ты делаешь?

— Люблю тебя! — просто ответила она.

Он подчинился ее желаниям. Соня не понимала, откуда знает, что и как надо делать. Она подчинилась инстинкту, который не подводил ни одну женщину. В глазах Трофима билось неутоленное желание. Потом что-то взорвалось внутри нее, обжигая раскаленной лавой. Соня вскрикнула, вцепившись в плечи Трофима, страстно и сильно прижимающего ее к себе.

Время замерло и вернулось после того, как они, обессиленные и счастливые, прижались друг к другу и затихли. Никто не хотел говорить, нарушать блаженный покой. В небе над ними плыли облака. Теперь Соня точно знала, что в раю есть облака.

Просыпаться не хотелось. Соня лениво открыла глаза, перевела взгляд на Трофима: он не спал, лежал и улыбался.

— Привет.

Соня улыбнулась в ответ и потянулась за поцелуем.

Трофим гладил ее волосы и ласкал плечи.

— Ну что, будем жениться?

— Конечно, будем! — воскликнула она.

— Только пообещай не ревновать меня по пустякам.

Соне не очень хотелось вспоминать о недавней ссоре, но тема была серьезная. Они взрослые и проблемы тоже теперь должны решать иначе.

— А поцелуи — это пустяк или нет?

Перед ответом Трофим собрал вещи. Одевались они, помогая друг другу и не забывая о поцелуях. Трофим долго вытаскивал у нее из волос соломинки и лепестки васильков, а Соня водила по его груди пальчиком.

— Ты не ответил. Если я буду целоваться с другим мужчиной… с Борькой, например, это предательство?

Он сдвинул брови:

— С Борькой — да!

— Так вот, с Анькой — тоже. Мне отец сказал, что, если меня предадут, я не прощу… Не предавай меня, хорошо?

Через несколько дней родители собрались обсудить, что делать с "малыми детьми", которым вздумалось пожениться. Слово взял Сонин отец.

— Значит, женитесь? — спросил он, строго взглянув на Соню и Трофима, сидевших рядом на стульях. — Хорошо подумали?

— Пап, хорошо! Уже сто раз! — вздохнула Соня, нащупывая руку Трофима — так она меньше волновалась.

Соня рассчитывала, родители все обсудят без них, но отец велел прийти и слушать. А чего слушать? Она взрослая и хочет замуж. Хочет мужа, семью, детей.

— Значит, надо сто первый подумать.

Отец повернулся к матерям.

— Чего с ними делать будем? Я бы, конечно, хотел, чтобы они занялись учебой, не любовью. На ноги еще не встали, а уже туда же, жениться…

Соня переводила взволнованный взгляд с матери на тетю Валю и обратно. Один "неуд" они уже получили, но мамы-то должны поддержать!

— А чего делать — женить! — решительно сказала тетя Валя. — Они уже как муж и жена живут. Спешить надо, как бы поздно не было. На ноги еще встанут — поможем. Разве нет?

— Конечно, поможем. Как молодым и без помощи?

Соне спектакль "Сердитые родители" порядком поднадоел, и она запыхтела:

— Пап, давай уже заканчивать. Мы на речку хотим пойти! Сегодня день хороший!

— Помолчи! — отец присел на стул. — Сейчас поспешите, а потом всю жизнь маяться будете. Развода в семье не будет, это я вам сразу говорю: привыкли без раздумий все делать — жениться, разводиться. Если что случится, сами будете улаживать!

Соня отмахнулась:

— Улажу, я уже умею! Правда, Трош?

Они с Трофимом переглянулись и покраснели.

Отец покачал головой:

— Вот ведь детский сад! Короче, в доме должен быть хозяин. Как Трофим скажет, так тому и быть! Что скажешь, берешь ее в жены или нет?

Соня возмущенно вскочила на ноги:

— Папа, если он откажется? Я что, останусь без жениха?.. Нет, я не согласная!

Видимо, она выглядела такой переполошенной, что засмеялись все, включая Трофима.

— Не откажусь, я тебя люблю.

— Хватит надо мной смеяться! — Соня села и обиженно уткнулась в его плечо.

Родители повздыхали и сдались:

— Вот вам и весь сказ. Идите уже, жених с невестой.

Соня схватила Трофима за руку и потащила на улицу. Теперь она с полным основанием могла назвать себя невестой. Ребята на улице громко кричали вслед:

— Тили-тили-тесто, жених и невеста!

— Кыш, мелкота! — Соня кинула в них недозрелым яблоком. — Куда пойдем, на речку?

Трофим пожал плечами:

— Мне с тобой везде хорошо.

— Тогда на речку, на наше место!..

Лишь бы там не было ни Ани, ни Бориса. Впрочем, прошел слух, что Борис уехал в город и подал документы в институт. Соня была уверена, что он поступит даже в университет с легкостью, как и Трофим. Сама она подала документы на поступление в медицинский.

На реке


Книга На расстоянии любви: отзывы читателей