Закладки

Гроздья граната читать онлайн

чем непривычное для её языка «Гюнель» – моё имя было трудновато для её произношения), теория лабиринта заключается в следующем: если ты в нём будешь всё время поворачивать в одну и ту же сторону, то рано или поздно исчерпаешь все имеющиеся в наличии варианты. И непременно отыщешь выход!

– Очень надеюсь, что кто-нибудь мне в этом поможет, – с оттенком сомнения произнесла я.

– Никто там тебе не поможет, кроме тебя самой! – назидательно произнесла Ирма. – Но тут ведь и ума особого не надо – просто поворачивай всё время в одну сторону…

– И будет тебе счастье! – с улыбкой произнесла я.

– Это ты о чём? – не поняла моя собеседница.

– Да так, это из русско-цыганского диалекта… – я с грустью вспомнила о своей родине. На ней, правда, было не так уж много русских, зато язык был навязан при совдепии поголовно.

– Так, ты меня не перебивай этой ерундой! – сморщила носик подруга. – Тебе что, не интересна тема лабиринта? Да это же!.. – Ирма как будто захлебнулась своими словами, а потом взяла себя в руки и продолжила:

– Есть такой специалист по этой теме – Майкл Эртон. Так вот он сказал: «Жизнь каждого человека – лабиринт, в центре которого находится смерть. И прежде чем окончательно перестать существовать, человек проходит свой последний лабиринт». Это тебе тоже неинтересно? – спросила меня Ирма уже с раздражением.

– Ну почему? Очень даже интересно! – поспешила я её успокоить, а заодно поддержать её энтузиазм. Хотя от таких напыщенных интонаций порой становилось смешно.

– Тогда слушай внимательно и не перебивай! – Менторскому тону Ирмы мог бы позавидовать иной профессор. – В переводе с греческого языка слово «лабиринт» означает какую-либо структуру, состоящую из запутанных путей. Древние римляне и греки под лабиринтом подразумевали некое, в большей или меньшей степени обширное, пространство. В котором у них непременно присутствовали всевозможные залы, дворы, переходы, камеры. Объединял всю эту «конструкцию» довольно сложный и запутанный план. А целью её обычно было ввести в заблуждение и не дать выйти из лабиринта человеку, не имеющему понятия о плане запутанных ходов…

…Она с воодушевлением рассказывала дальше, а я, слушая Ирму, задумалась о тех путях, которыми нас ведёт порой судьба. Каждому из нас заранее запланирован некий путь. Казалось бы, чего уж проще – просто следуй указаниям, ведущим к выходу. Если и прозеваешь один из указателей, не беда. Просто поворачивай в нужную сторону. Так нет же! Очень часто мы начинаем мнить себя умнее всех и пытаемся выбирать повороты по собственному усмотрению. Только в итоге теряем нужное направление и путаемся в хитросплетениях жизненного лабиринта…

А самый древний лабиринт из построенных человеком на земле находился рядом с озером Биркет-Карун, которое расположено к западу от реки Нил, рядом со столицей Египта – Каиром.

Он был построен еще в 2300 году до н. э. и представлял собой окруженное высокой стеной здание, внутри которого находятся полторы тысячи наземных и столько же подземных помещений. Общая площадь лабиринта составляла 70 квадратных километров. Посетителям категорически запрещалось осматривать подземные помещения лабиринта, потому что там располагались гробницы для фараонов и крокодилов – считавшихся, между прочим, в Египте священными животными.

Над входом в египетский лабиринт были начертаны такие слова: «Безумие или смерть – вот что находит здесь слабый или порочный. Одни лишь сильные и добрые находят здесь жизнь и бессмертие».

Много легкомысленных вошли в эту дверь и не сумели найти выход из нее. Это – самая настоящая бездна, которая возвращает назад лишь смелых духом.

Сложная система коридоров, дворов и комнат в лабиринте была такой запутанной, что без проводника посторонний человек никогда не смог бы найти в нем дорогу или хотя бы выход. Кроме того, лабиринт был погружен в абсолютный мрак. А когда служители открывали некоторые двери, то раздавался такой ужасный звук, похожий на раскаты грома или рев тысячи львов, что услышавший его забывал обо всём на свете.

Перед большими праздниками в лабиринте проводили мистерии и приносили ритуальные жертвы, в том числе человеческие. Так древние египтяне выказывали свое уважение богу Себеку, изображавшемуся в виде огромного крокодила. А если верить сведениям, которые хранятся в древних манускриптах, в лабиринте в самом деле обитали крокодилы, достигавшие порой 30 метров в длину.

Но надолго углубиться в свои мысли мне не удалось – в сознание прорвался голос подруги:

– …в узком смысле слова лабиринт может означать тупиковую ситуацию или запутанное дело, из которого очень сложно найти выход.

Делать нечего. Придётся слушать. Но надо хотя бы попробовать вывести её на новый виток:

– Но вход в «лабиринт» мы находим или выбираем самостоятельно, вполне осознанно? – спросила я.

– Не всегда! Иногда жизнь забрасывает нас в самую гущу запутанных ходов, – не согласилась подруга. – И очень часто даже без компаса и запаса воды.

– Думаю, что в этом ты, Ирма, ошибаешься, – парировала я её выпад. – Да, выбирать направление следующего шага нам приходится чуть ли не ежесекундно, но всё-таки выбираем мы сами. Иногда осознанно, иногда интуитивно. А порой, не задумываясь над происходящим, делаем шаг, который углубляет нас в такие дебри, что потом не один день приходится искать выход.

– Но это же и есть… – попыталась повернуть разговор в свою сторону Ирма.

– Нет, дорогая, – перебила я подругу. – Судьба и случай тут ни при чём! Мы сами определяем свой следующий шаг. А если вдруг он был сделан «неосознанно»… То здесь речь идёт о нашей лени, в силу которой мы не удосужились разбудить своё сознание и прикинуть возможные варианты этого шага.

– Да ты прям радикалка у нас! – улыбнулась собеседница.

– Всё гораздо проще – я реалистка. А потому реально смотрю на то, что происходит вокруг меня. И если я споткнулась о камень, это ещё совсем не повод думать, что кто-то его подкинул. Просто надо не забывать смотреть под ноги. – Я пыталась отстоять свою позицию.

– Неужели ты думаешь, что никогда не поднимешь глаз к небу? Или хотя бы вон к той птичке на дереве? – не унималась моя учительница английского.

– Время покажет, Ирма, – сказала я, уже уставшая от этой словесной дуэли. Ведь мне, в отличие от подруги, для которой английский был родным языком, приходилось по ходу разговора следить ещё и за правильностью произношения.

– Время всё расставит по своим местам… – повторила я чью-то фразу. После чего поблагодарила Ирму за тренинг и пошла по своим делам.

Глава 7


А через несколько месяцев Турал предложил мне руку и сердце. И надо сказать, это было очень романтическое и красивое предложение. Он пригласил меня в ресторан «Далга»[9], где мы сидели за столиком под открытым звёздным небом, наслаждаясь лёгким бризом Каспийского моря.

Турал вновь признался в своих искренних и глубоких чувствах и сказал, что жизнь без меня больше не имеет для него никакого смысла. Что он хочет видеть, слышать, чувствовать меня и говорить со мной на протяжении всей своей жизни.

– Ты прекрасно знаешь мои чувства к тебе и мои серьёзные намерения. Думаю, у нас было достаточно времени узнать друг друга получше. Ну, а в том случае, если у тебя остались вопросы, ты можешь смело их задавать – я отвечу. В своих чувствах к тебе я уверен. И если ты согласишься стать моей женой, ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете, – говорил Турал. – А я сделаю всё, чтобы ты была счастлива со мной и никогда не пожалела о том, что выбрала именно меня!

Неожиданно Турал вынул из кармана небольшую синюю коробочку, перевязанную серой шёлковой лентой, и задал мне вопрос, которого я трепетно ждала:

– Ты выйдешь за меня?

…На какое-то время я всё-таки растерялась – наверное и целой страницы не хватит, чтобы перечислить все чувства, овладевшие мной в тот момент, – но потом…

– Да… – смущённо и взволнованно произнесла я. – Я согласна.

– Можно засылать сватов! – радостно воскликнул Турал.

По азербайджанским традициям, если молодые решили быть вместе, значит, в дом девушки пора засылать сватов. Поэтому не удивительно, что мои родители живо заинтересовались таким поворотом событий и старались узнать как можно больше о Турале и его родных. А он был из добропорядочной и уважаемой семьи.

Потом он открыл коробочку – внутри на тёмно-бархатной подушечке лежало кольцо с бриллиантом и ослепительно сверкало.

– Нравится? – вопросительно посмотрев на меня, он ждал моего ответа.

А я была растеряна – ведь без согласия родителей и родительского благословения (Xeir Dua) я не могла принять это кольцо и отдать избраннику свою руку. Но Турал всё понял и без объяснений, только по выражению моего лица:

– Я знаю традиции, Гюнель, но мне так захотелось сделать тебе подарок! Прими его как знак моей любви и преданности тебе. – В глазах любимого сияли такие восторженные огоньки, что сердце моё затрепетало, как пойманная птичка. Надо было что-то говорить, но мне показалось, что и без слов всё ясно.

– Очень красиво… – прошептала я, будучи не в силах оторвать взгляда от кольца.

А Турал надел кольцо на мой безымянный палец, нежно поцеловал меня и прошептал:

– Теперь ты моя! Навсегда!

Мы долго, не отрываясь, смотрели в глаза друг другу и не говорили ни слова. Нам достаточно было того, что мы находились рядом и могли держать друг друга за руки! Потом мы всё-таки справились со своими чувствами и стали говорить о наших семьях.

Турал, оказывается, уже рассказал своей маме обо мне и моей семье. И, как выяснилось, наши семьи были знакомы. Да и ничего удивительного в этом не было, ведь в Баку, как ни крути, все друг друга знают от мала до велика. А если и не знают, то узнать что-либо о человеке большого труда не составит. Ещё он сказал, что показал маме мою

Книга Гроздья граната: отзывы читателей